Книга Позывной «Оборотень», страница 92 – Эльхан Аскеров

— Палыч, чего ты теперь-то? – выдохнул Никита.

— Короче. Давай замнём для ясности, – взяв себя в руки, буркнул Иевлев. – Давай лучше подумаем, как тебя воскресить.

— Да мне, в общем-то, всё равно. А что по профессору?

— Уехал профессор. Куда-то в Приазовье.

— А Приазовье? – задумчиво переспросил Никита. – Если я ничего не путаю, там, в степи у нашего ведомства серьёзная база была. С учётом всех нынешних реалий, вполне можно допустить, что этот чёртов проект не закончился.

— Похоже, – подумав, кивнул Иевлев. – Моим ребятам так и не удалось выяснить точный адрес. Так что похоже. Так прикрыть может только контора.

— И что теперь делать?

— А хрен его знает. Ума не приложу, как его достать.

— А может, мне объявиться официально? – задумчиво протянул Никита. – Так сказать, вылезти из небытия со всеми своими обвинениями. Начнётся серьёзный разбор полётов, нашего очкастого друга притащат пред высокие очи за ноздри, ну, а дальше видно будет. Глядишь, и подвернётся момент шею ему свернуть.

— Погоди. Ты же вроде хотел из него вакцину выбить или передумал уже? – не понял Иевлев.

— Откровенно говоря, думаю, такой вакцины у него просто нет. Зачем придумывать антидот тем, кто всё равно сдохнет? – мрачно усмехнулся Никита.

— Выходит, ты просто отмстить хочешь?

— Нет. Месть тут ни при чём. Не хочу дать ему возможность испохабить жизнь ещё кому-нибудь. Да. Так будет правильно, – решительно ответил Никита.

— Совсем с ума сошёл?! За такую выходку тебя тут же к стенке поставят. Это не бомж подзаборный, а засекреченный профессор.

— А кто сказал, что я это в трезвом уме сделаю? – иронично усмехнулся Никита. – Буду резину до полнолуния тянуть, а потом просто не справлюсь с привитыми желаниями, помноженными на личную неприязнь.

— И что потом? Расстрел? Тюрьма пожизненно? Или закрытое НИИ, которое ничуть не лучше тюрьмы? – вздохнул полковник.

— Ну, и из тюрьмы, и из НИИ всегда вырваться можно. А расстрел не такая уж опасная штука. Нечто подобное я уже проходил, и, как видите, жив.

— В каком смысле проходил? – не понял Иевлев.

— На минном поле. Я с него как решето уполз. Одни дыры и сплошная вентиляция. Мелькнула у меня тогда одна мыслишка.

— Это какая же?

— Что убить меня можно только прямым попаданием в голову или какое другое жизненно важное место. Как у кошки, девять жизней.

— Ты бы не упирал на эту ерунду, – осторожно протянул полковник. – Полагайся лучше на опыт и знания. А все эти сказки оставь цивилам.

— Не переживай, командир. То, что я про это говорю, не значит, что я в это верю. Хотя, если говорить откровенно, что-то необычное в моём организме действительно появилось. И это не только тяга к человечине.

— Да ну тебя к чёрту! Совсем меня запутал, – огрызнулся Иевлев, заметив весёлые искорки, сверкнувшие в глазах парня.

— Значит, на том и порешим, – усмехнулся в ответ Никита. – Подавайте рапорт и не забудьте числа правильно указать, чтобы к вам лишних вопросов не было. Я пришёл, вы меня опознали и с ходу отправили рапорт по инстанциям, как и положено. С остальным я разберусь сам.

— На, читай. Если подходит, эту цидульку и отправим, – вздохнув, ответил полковник, протягивая парню лист бумаги.

Внимательно прочтя отпечатанный текст, Никита небрежно бросил его на стол и, чуть пожав плечами, сказал: