Книга Книга мертвых, страница 18 – Валерий Шарапов

Настюшка радостно завопила:

— Папка, я люблю тебя! И поздравляю!

— И я тебя, моя радость. — Дыхание у меня на миг сперло от нахлынувших чувств. — Пусть тебя обойдут все невзгоды.

— Пусть будут только взгоды! — деловито переиначила Настюшка.

Тут жена вырвала у нее трубку. Сухо произнесла официальные поздравления — так на дипломатических приемах с недружественными державами излагают. Слышался рядом крик дочки:

— А когда папа приедет?

— Дочка, — еще более сухо, так, чтобы я слышал, произнесла, якобы обращаясь к Насте, моя бывшая жена. — Папе не до тебя. У папы важная работа. Она важнее маленьких девочек, которые не видят папу годами.

Ну уела так уела. Как всегда, впрочем. Мастер, ничего не скажешь.

В общем, поговорили.

Новый год я отпраздновал в отделе на дежурстве — усиленный режим. А вдруг враг вылезет и покажет свое хищное мурло?

Поздравление по радио:

— С Новым годом, товарищи! Новый, 1953 год входит в сталинскую эпоху как новый год мирного труда, побед, счастья советского народа.

Бой курантов. Хорошо, что слышу именно его, а не трель телефонного звонка от дежурного по министерству с тревожным:

— Собирайся, у нас ЧП. Машина ждет.

Новый год прошел без эксцессов. Удалось поспать, сидя за письменным столом и явно без комфорта. Проснувшись, обнаружил на лбу вмятину от блокнота, на который я уронил голову. Да и лицо опухшее. Обидно — выгляжу как после опоя, хотя даже шампанское не пригубил.

А первого января вся страна дружно впряглась в работу. И у меня ее было невпроворот.

Теперь я хоть небольшой, но начальник. У меня есть оперативная группа из четырех человек, не считая меня. Вон еще только восемь утра, а мои волки, цепные псы и щенки расселись в кабинете на стульях вдоль стены. Внимают. Ловят на лету каждое слово — преданно и с разумным взором. Хотя в глубине души наверняка шальные мысли так и грызут: «Опять Шипов, этот черт въедливый, на нашу голову навязался. Как же с ним, занудой, тяжело».

Из старого нашего сплоченного оперативного состава, работавшего в Проекте, здесь только капитан Добрынин — это моя правая верная мощная рука, если что — и врага на штык нанижет, и выпавшее из рук командира знамя подхватит. А вот еще трое — молодые ребята, уже послевоенное поколение сотрудников. Добросовестные, образованные, подкованные и умненькие. А вот надежные ли? Готовы к черту в пасть или все же пропустят интеллигентно вперед своего товарища? Не знаю. Когда-нибудь узнаю, если будем и дальше служить вместе. Такова специфика службы — однажды приходит час испытания, и встает вопрос: готов ли ты лечь на амбразуру ради дела и товарищей. И вот тут становится понятно, кто чего стоит.

Итак, распределение задач. У каждого сотрудника в руках оперской блокнотик. Конечно, всякие секретики и секреты в него записывать нельзя, но тут уж как получится. Без блокнота оперативник как без рук, он куда важнее пистолета.

— Итак, лейтенант Волобуев, запишите, кого отработать… — обратился я к смуглому парню спортивного телосложения, весь вид которого выражал сосредоточенность и готовность к бою.

Наиболее грамотного сотрудника я посадил на запросы — их десятки и десятки. Самая занудная работа, которая, впрочем, обеспечивает семьдесят процентов успеха. Оставшиеся тридцать — это шум, беготня, героизм и совершенно дурацкое везение, которого никто не ждет, но которое непременно приходит к упорным и упертым. Оперативная работа, она такая!