Книга Отморозок 10, страница 2 – Андрей Поповский

— Иван, у вас все нормально?

— В каком смысле? — удивился он.

— Вы как-то… — она чуть повела плечом, подбирая нужное слово, — напряжены.

Иван усмехнулся краем рта.

— Да. Есть немного.

— Это из-за Юры? Вы ведь из-за него захотели со мной встретиться?

Он посмотрел на нее.

— Да.

Вика ничего не сказала. Только лицо у нее стало серьезным. Она, видимо, с самого начала понимала, что речь пойдет не о пустяках. Они дошли до менее людного места. Слева за деревьями мелькнула скамейка, дальше уже виднелась ограда. Иван замедлил шаг.

— Вика… Я потому и попросил встретиться лично.

Она остановилась и посмотрела ему в лицо уже совсем внимательно.

— Что случилось?

Иван не стал тянуть.

— Я недавно разговаривал по телефону с Юрой.

У нее на лице сразу что-то дрогнуло. Почти незаметно. Но он уловил.

— Где он? Что с ним?

— Он все так же далеко. Очень далеко…

— Но, у него все в порядке?

— Более или менее. Мы с ним говорили совсем не долго. Ну ты понимаешь.

Она закрыла глаза на секунду. Потом снова открыла.

— Тогда почему у вас такой вид?

Иван отвел взгляд в сторону, потом снова посмотрел на нее.

— Он просил передать тебе кое-что.

Теперь Вика уже ничего не спрашивала. Просто ждала его ответа. Только ее пальцы на ремешке сумки сжались сильнее.

— Он сказал, что возвращаться сейчас не будет. И что тебе лучше его не ждать…

Несколько секунд Вика смотрела на него так, словно не сразу поняла услышанное.

— Что? — спросила она очень тихо.

Иван повторил, уже жестче, потому, что смягчать словами было бессмысленно:

— Он не вернется. Во всяком случае, не сейчас. И просил передать, чтобы ты его не ждала.

Вика резко отвернулась. Не театрально, а просто повернула голову в сторону, как человек, которому нужно хотя бы на пару секунд спрятать лицо от чужих глаз, и сделать так, чтобы никто не увидел вырывающихся наружу эмоций.

Иван тактично молчал.

Он видел, как она пытается удержать себя в руках.

— Это все? — ровно спросила она

— Нет.

Она снова повернулась к нему.

Глаза у нее уже уже блестели. Это еще не слезы, но уже близко. И именно то, что она так старалась их не показать, ударило его сильнее.

— Он сказал, что не верит больше словам, — продолжил Иван. — Что вокруг него все слишком… непросто. И если он вернется, то, рано или поздно, подставит своих близких людей под удар.

Вика усмехнулась. Ее усмешка вышла нехорошей и злой.

— Как это благородно с его стороны.

Иван промолчал.

— То есть, он все решил сам? — спросила она.

— Он просил меня передать то, что считает правильным.

— Я не про это спросила.

Теперь в ее голосе уже была злость. Не истерика, не слезы, а именно злость, которой человек заглушает сильную боль внутри.

— Он сам решил, что для меня лучше? Сам? Даже не спросив?

Иван задумчиво потер ладонью гладко выбритый подбородок.

— Да. — коротко ответил он,

Вика кивнула, будто подтверждая что-то самой себе.

— Понятно.

Она опять отвернулась. Шагнула в сторону, к краю дорожки, где тень от деревьев ложилась гуще и встала к нему спиной. Иван остался на месте. Он видел как она достала из сумки носовой платок, быстро коснулась им уголков глаз и, скомкав, так же быстро убрала его обратно. Когда Вика повернулась, ее лицо уже было почти спокойным. Слишком спокойным.

— А сам он это сказать мне не смог? — требовательно спросила она.