Книга Друг отца. Его запретная девочка, страница 5 – Харли Напьер

— Но… зачем я ему? — хмурюсь, рассматривая лицо Марка, как вспыхивают огнем его глаза, стоит им поймать отблески фонарей.

Мужчина отводит взгляд на дорогу, как будто собирается с мыслями. Потом смотрит мне прямо в глаза, его голос становится мягче.

— У Андрея серьёзные проблемы со здоровьем. Врачи говорят, что нужна операция, сложная, рискованная. Шансы — ничтожные. Он это знает. И готовится к худшему.

Я замираю, в груди всё сжимается, как будто кто-то сдавил лёгкие.

— За свою жизнь он создал целую империю. Заводы, компании, инвестиции, недвижимость — десятки городов. Но он никогда не был женат. Детей не заводил. Всю жизнь вкладывал в дело. И только сейчас, перед возможной смертью, он… впервые задумался, кому всё это останется.

Марк на секунду отворачивается, и я замечаю, как его челюсть напрягается, будто он сам не до конца верит в то, что говорит.

— Он не хочет, чтобы всё, чего он добился, досталось алчным совладельцам или просто ушло в никуда. Он хочет, чтобы его дело продолжил его человек. Наследник. И когда мы начали искать… выяснилось, что есть ты. Одна. Единственная.

— Но… — я чуть не шепчу, голос срывается, — вы даже не уверены, что я его дочь…

— Потому и потребуется ДНК-тест, — спокойно отвечает Марк, его взгляд не отрывается от моего лица. — Но если подтвердится, что ты — его кровь… он готов отдать тебе всё. Обучить. Подготовить. Представить всем официально. Ты станешь его наследницей, если захочешь.

Я вжимаюсь в кресло, не зная, как дышать. Это звучит как сказка, как чужая жизнь, которую кто-то на мгновение положил мне в руки, а потом, возможно, заберёт. Мои пальцы сжимают ремень сумки, внутри которой лежат жалкие вещи и заначка, как напоминание о том, откуда я пришла.

— Но почему он сам не приехал? — спрашиваю тихо, чувствуя, как слёзы подступают к глазам.

Столько лет я мечтала об отце, представляла его, но никогда, даже в моих смелых фантазиях, он не был... так богат. А здесь, я вроде обрела близкого человека, но у нас так мало времени, чтобы узнать друг друга. Да и что если я не его дочь? Если это ошибка? В родной дом я точно не вернусь. Уж лучше скитаться, чем туда...

Марк же все это время смотрит на меня долгим, напряжённым взглядом, будто пытается прочесть мои мысли.

— Потому что он не хочет быть абсолютно уверенным в том, что раскрывает свою тайну и пускает в свой дом именно близкого человека, а не самозванку. Поэтому сперва я все проверю, а уже после вы с ним встретитесь. Андрей не любит показывать никому свою уязвимость. Даже мне.

Машина мчится в ночь, и впервые за долгое время мне хочется, чтобы дорога не заканчивалась. За окном мелькают огни города, а я пытаюсь осознать услышанное. Поверить в реальность происходящего.

Вскоре дорога выводит нас к частному терминалу, и я замираю, глядя на этот новый мир. Снаружи всё кажется вырезанным из другой реальности: стеклянные фасады, отражающие холодный свет прожекторов, охрана в строгих чёрных костюмах, ровные линии архитектуры, белый свет фар дорогих автомобилей, припаркованных вдоль терминала.

Мне хочется спрятаться, укрыться от этого чужого лоска, но я иду рядом с Марком, будто в параллельной жизни, где я не Лиза с потёртой сумкой, а какая-то значимая фигура.

Мы поднимаемся по трапу небольшого, но роскошного самолёта, который поражает даже не роскошью, а тишиной и личным пространством.