Книга Друг отца. Под кожей греха, страница 50 – Anna

Так непривычно… и так приятно.

Лёгкое давление, точечные движения, плавные поглаживания — и я не заметила, как тихий, предательский стон сорвался с моих губ.

Я прикрыла глаза, продолжая ласкать себя, хотя каждая мысль кричала, что нельзя. Нельзя думать о нём. Нельзя представлять его руки. Но продолжала делать именно это — мягко, медленно, чувствуя, как всё внутри реагирует, поддаётся и просит ещё.

Судорога удовольствия пронзила тело, и я застонала напрочь забыв о том, что в доме не одна.

Надеюсь он не услышал…

Тело, наконец, отпустив всё напряжение, погрузилось в сладкий, тёплый, почти нереальный сон.

Утром я открыла глаза и сразу вспомнила сон. Адриан снова был в нём — и всё происходящее казалось невозможным даже для самых смелых эротических фантазий. Сжала подушку, пытаясь прогнать воспоминания, и решила: нужно держать дистанцию, избегать его, если это вообще возможно.

А возможно ли?

—— ✤ ——

Неделя прошла в молчаливом танце воздержания. Не только я избегала Адриана — казалось, он тоже меня.

Дома мы делали всё, чтобы не пересекаться. Превратились в двух жильцов, которые живут на одной территории, но умудряются двигаться по разным орбитам.

Я почти не выходила из своей комнаты, даже чай пила у себя, чтобы только не столкнуться с ним. Это выглядело жалко… но безопасно. Безопасно для моего сердца, нервов и, чёрт возьми, здравого смысла.

Иногда я слышала его шаги где-то в коридоре, но они были такими быстрыми, будто он специально пролетал мимо на максимальной скорости. Не знала, кто из нас двоих смешнее — он, который будто отгонял само моё существование, или я, которая слушала каждый звук, чтобы вовремя спрятаться в своей норе.

С кампуса меня всю неделю забирал водитель. И домой отвозил он же.

Потому что у Адриана, как всегда, были какие-то «срочные дела».

Ну да. Такие срочные, что ехать со мной в одной машине внезапно стало невозможным.

Такие срочные, что каждый раз, когда я выходила из корпуса, меня уже ждал водитель — с видом человека, которому поручили не просто забрать студентку, а перевезти секретный дипломатический груз.

И, конечно, мой мозг выбрал самый худший сценарий.

Представлять, с кем он эти свои «дела» решает.

Девушки?

Одна? Несколько?

Он смеётся, наклоняется ближе, говорит своим низким, слишком спокойным голосом… от которого у любой нормальной женщины пробежит дрожь по позвоночнику.

Я буквально чувствовала, как внутри поднимается раздражающая, бессмысленная… ревность.

Да, ревность. Та самая, которую я не имею права чувствовать.

Но она всё равно есть. И это злит ещё больше.

В офисе происходила та же комедия.

Адриан появлялся только затем, чтобы бросить мне пару заданий — коротко, сухо, без лишних взглядов. И исчезал.

В таком темпе и прошла вся наша неделя.

Тягучая, странная, наполненная молчанием. Никаких разговоров, никаких случайных касаний, даже воздуха между нами будто стало меньше — и при этом мы упорно делали вид, что всё идеально нормально.

Я — занята учёбой и работой.

Он — своими невероятно «срочными» делами.

Мы жили под одной крышей, работали в одном здании… и умудрялись существовать так, будто между нами стоит стеклянная стена, через которую не пробиться. Иногда казалось, что ещё чуть-чуть, и она треснет от напряжения. Но нет. Мы оба делали всё, чтобы этого не случилось.