Книга Любимая для Грома, страница 9 – Надежда Борзакова

Удар сердца. Еще один.

— Иди умойся и поговорим.

И как завороженная, я послушно отправилась делать, как он сказал.

ПРЕД. ЧАСТЬ

1

СЛЕД. ЧАСТЬ

Глава 5

Пока приводила себя в подобие порядка, на моем столе успели материализоваться кофе и гигантское пирожное.

— Поешь, - несмотря на мягкий тон, было похоже на приказ.

Я ела, а он смотрел, следил глазами за каждым моим движением. Словно пожирал их голодным взглядом. И от взгляда этого становилось жарко.

В какой-то момент Громов так, словно это само собой разумеется, протянул руку и стер шоколадную пасту с уголка моего рта. Теплая, слегка шершавая подушечка большого пальца смяла нижнюю губу.

Наши взгляды пересеклись, погрузились друг в друга. Огонь, пылающий в его потемневшем возбужденном взоре, обжег, и я почувствовала, как кровь бросается к лицу.

Отняв руку, облизал палец. Медленно, словно смакуя оставшийся на нем вкус моих губ. Это слишком похоже на поцелуй.

Я судорожно схватила ртом воздух пару раз.

Взяв обеими руками стаканчик с кофе, медленно сделала глоток, прячась за ним. Но не только не ощутила вкуса напитка, но и умудрилась поперхнуться.

Закрыв рот рукой, я изо всех сил постаралась не раскаркаться, как ворона.

— Мама не учила, что, когда я ем..., - Громов забрал из моих рук стаканчик, пока я не облилась.

— Я молчала, - выдавила, умудрившись справиться с приступом.

— Нет, ты собиралась выдать очередную необдуманную дерзость.

— Об этом тоже написано в моем досье? - он усмехнулся. - Послушайте, Влас Тимурович, вы же бизнесмен, занятой человек. Неужели вам сейчас не нужно... Подписывать бумаги, посещать встречи, делать инвестиции или что там обычно делают целыми днями такие, как вы? Не боитесь бездействием упустить очередной миллион?

— Я вообще ничего не боюсь, птичка, - медленно проговорил мужчина. - Миллионом больше, миллионом меньше. У меня ночной клуб, компания-перевозчик, семейный оружейный бизнес и еще пара инвестиций по мелочи...

— Отличная презентация, Влас Тимурович. Вы прямо образец для подражания, - перебила его. - Но увы, так успешны далеко не все смертные. И им нужно работать от заката до рассвета. Потому, извините...

— Но ведь это не обязательно, - Громов склонился ниже, так, что между нашими лицами осталось лишь несколько сантиметров, и меня окутал его запах. - У тебя будет своя хата, нормальная тачка, деньгами не обижу. Все, что нужно-это твое «да».

— Нет.

Выйдя из-за стола, я направилась к двери. Меня потряхивало от обиды, слезы жгли глаза.

— Да ла-адно, птичка. Расскажи давай, что тебе не нужны деньги, - сардонически ухмыльнувшись, Громов схватился за мое предплечье и развернул к себе.

Взяв двумя пальцами широкую ладонь, я сняла ее с себя так, словно она какое-то мерзкое насекомое.

— Нужны. Они, Влас Тимурович, всем нужны. Но вот не все готовы за них продаваться. Понимаю, учитывая ваше окружение, слышать это странно...

— Я улучшаю твою жизнь, а ты греешь мне койку. Договор. Удобно и честно. Без всех этих надуманных драм, - скривился он.

Я медленно растянула подрагивающие губы в улыбке, надеясь, что та вышла презрительной, а не нервной и обиженной. Мужчина неотрывно следил за ними взглядом. Таким, что казалось, будто он прикасается…

— А я ни с кем не сплю без «всех этих надуманных драм». Вообще. Никогда. Понимаете? Потому не тратьте напрасно свое драгоценное время, Влас Тимурович.