Книга Развод. Без права выбора, страница 10 – Гала Григ

Но я узнаю себя. Голова моя лежит на плече незнакомца, а рукой я обнимаю его волосатую грудь.

Фу! По телу пробегает мерзкая дрожь. Во все глаза смотрю на мужа. А ртом хватаю воздух, словно рыба, выброшенная на берег.

— К-к-кто эттто? — единственное что могу вымолвить.

— Это у тебя надо спросить! — орёт Костя. — Убедилась, любииимая?! Смотри, смотри, тут и время, и дата! Все было, дорогая женушка. Так что отрицать факт измены бессмысленно.

Я без сил опускаюсь на стул рядом с барной стойкой. Во мне все застыло от ужаса. Слов нет. Слез нет. Я в шоке.

В ушах звенит от раскатистого злорадного смеха мужа.

Я, как затравленный зверек, замерла перед разъяренным чудовищем.

Понимаю, дальнейшее объяснение вряд ли принесет облегчение. Страшно представить, что все, предъявляемое мне мужем, имело место быть.

И что дальше?

Как теперь жить?

Даже если Костя простит мою измену, что маловероятно, между нами навсегда будет утрачено доверие. И тень моей вероятной измены постоянно будет присутствовать.

Не могу выбросить из головы навязчивые вопросы. Что же все-таки произошло? Как это могло случиться? Ответов по-прежнему нет. И муж не собирается искать их, чтобы оправдать меня. Наоборот, кажется он рад, что все так получилось.

Прервав повисшее молчание, во время которого Костя упорно смотрит в сторону, рискую спросить:

— Откуда у тебя эта запись?

— Это так важно? Прислал доброжелатель.

Делает акцент на последнем слове.

Мажет взглядом по моему лицу.

От его тяжелого взгляда холодеют позвонки, и кожа покрывается пупырышками страха.

А он с уверенностью и злой ухмылкой доканывает меня:

— Ты сомневаешься в ее подлинности? Так можно провести экспертизу.

Муж буквально снимает вопрос об экспертизе с моего языка. Получается, уверен в подлинности вещественного доказательства. Наверное, даже успел проверить. Поэтому настаивать бесполезно.

— Н-нет. Просто пытаюсь понять, как такое могло случиться. Я ведь… я люблю тебя. И вряд ли по доброй воле и в здравом рассудке переступила бы черту. Получается, я не соображала, что происходит. Скажи, я что много выпила в тот вечер? Помню только Мохито, которым ты угостил меня. Дальше ничего не помню.

— Ну, не знаю, — швыряет презрительно. — От одного бокала коктейля невозможно потерять контроль. Наверное, ты еще с кем-то угощалась. Судя по тому, что тебя дома потянуло выпить в одиночестве, этот порок дремал в тебе. У вас в роду никто не страдал тягой к спиртному?

— Шутишь? — во рту сушь, голос скрипит, возмущение сжигает все внутри.

— Нет, дорогая, мне не до шуток. — Его тон презрительный, уничтожающий, опускающий ниже плинтуса. — Оказывается, моя жена не столь благочестива, как мне казалось до сих пор. И, знаешь что, давай поставим жирную точку на этом инциденте. Ты согрешила, а за ошибки надо расплачиваться.

— Это чем же? — спрашиваю с замиранием сердца, практически не сомневаясь в ответе. Ведь он еще утром озвучил свое желание развестись. Однако все же надеюсь, что, немного остыв, Костя не будет настаивать на таком жёстком решении.

Но он начинает четко и обоснованно излагать свое видение нашей дальнейшей жизни. Так это спокойно и обстоятельно, словно говорит о чужих людях, и к нам это вообще не имеет отношения.

— Думаю, некоторое время нам придется пожить под одной крышей. Правда, недолго. Пока я не выкуплю у тебя половину нашей квартиры.