Книга Подкидыш для бизнес-леди, страница 25 – Гала Григ

Соболев предлагал обратиться к психотерапевту, уверял жену, что ее состояние очень похоже на послеродовую депрессию.

— О какой депрессии ты говоришь?! Темке скоро семь месяцев. Если бы что-то и было, то сразу после родов.

— Просто у тебя накопилась усталость. Давай возьмем няню. Будешь больше отдыхать, и мы с Темушкой не будем раздражать тебя.

— Еще чего! Не нужна нам никакая няня, сама справлюсь. И хватит давить на меня.

Так заканчивался почти каждый разговор. Чтобы хоть как-то сгладить ситуацию, Станислав старался больше времени проводить дома, гулял с ребенком, помогал жене по дому. И отпускал с подружками в кафе, в клуб, надеясь, что это вернет ей былой жизнерадостный характер.

Возвращаясь со встреч с подружками, Юля была излишне весела и внимательна к мужу. Но что-то было в этом не совсем естественное. Словно она чувствовала за собой какую-то вину и пыталась загладить ее.

В такие минуты Станислав ловил себя на мысли, что жена что-то скрывает от него. Но опускаться до отслеживания в телефоне ее контактов не хотел. Хотя все чаще обращал внимание на то, что она не расстается с телефоном ни на секунду, а при разговоре старается уединиться.

Теперь эти мысли не давали ему покоя. Что-то где-то он упустил. Но уточнить, что и где, уже не представлялось возможным.

Юля не возвращалось и не давала о себе знать. Сведений о том, что с ней и где она, не было. Оставалось ждать. И ожидание это было все тревожнее с каждой новой минутой.

Милана не откладывая позвонила Элине.

— Эличка, как ты думаешь, кто у меня был в гостях?

— Даже не задумываясь отвечаю: бука Мамаев. Кто же еще. Он же исполняет все капризы твоей мамы. А у нее одна цель — удачно выдать тебя замуж.

— Нет, дорогая. Ты слишком далека от верного ответа, — задетое самолюбие вылилось в обиженный тон. — Ты так рассуждаешь, словно у меня с этим серьезные проблемы. Одно дело желание мамы, другое — хочу ли я этого и вообще надо ли оно мне. К тому же, если вдруг очень уж захочется, то за кандидатом в мужья дело не станет.

— Ну не сердись, Миля. Можно повторить попытку?

— Ладно, попробуй.

— Неужели Соболев?

— Теперь в точку. Как ты догадалась?

— По твоему восторгу, милая. И что же он хочет?

— В том-то и дело, что ничего. Приходил извиниться. Но ты бы его видела: весь как в воду окунутый и с сынишкой. У них там серьезные проблемы — Юлька пропала.

— Это как?

— Вот так. С тех пор как подкинула мне малыша, так и сама исчезла.

— И что Соболев? К тебе намылился?

— Нет, Элина. Даже намека на это не было. У него сейчас без меня проблем достаточно. Представляешь, Юльки нет, и ему приходится самому за сыном ухаживать. А от той ни слуху, ни духу. Страшно даже.

— Да уж. Но я так и не поняла, к тебе-то зачем заявился? Помощи ищет?

— Я же сказала: пришел извиняться за недоразумение. Эличка, дело не во мне. Помощь требуется… от тебя.

— Я-то тут при чем? Ребенок заболел?

— Нет. Он обратился в агентство в поисках няни. Завтра ждет соискательниц. Ты бы не могла присутствовать, помочь. Он ведь мужчина, откуда ему знать, какой должна быть настоящая няня.

— Так ведь и я не знаю. К тому же, я на работе.

— Эля, я тебя очень прошу, придумай что-нибудь. А? Я посоветовала ему уточнить время в соответствии с твоими возможностями. Помоги человеку, пожалуйста.