Книга Подкидыш для бизнес-леди, страница 88 – Гала Григ

— Где, скажите, где мой мальчик?! Что с ним происходит? Вы все выдумываете — он никогда не рисовал! Значит ли это, что он совсем утратил свой разум и никогда не станет прежним? Пустите меня к нему! Я больше ни минуты не хочу ждать.

Она тяжело опустилась на стул. И мне стало страшно, как бы с ней самой не приключилась беда. Старцев, видимо разделяя мои опасения, уже заботливо спаивал ей успокоительное. Мама тоже хлопотала вокруг подруги.

— Эле… позвони Эле, — требовала она от меня, по всей видимости, сомневаясь в профессиональных способностях Старцева.

К счастью, паническую атаку удалось быстро купировать. И, отдышавшись, Аглая Ивановна уже спокойнее просила провести ее к племяннику. Старцев, не возражая, кивнул мне. Только предупредил, что поднимется к Тарасу вместе с ней. И попросил всех остальных оставаться внизу.

— А я?

— Вы побудьте рядом, за дверью. Я позову Вас, если понадобится.

С замиранием сердца я прислушивалась к происходящему за дверью, предусмотрительно оставив приоткрытою щелочку.

Тарас к этому моменту уже проснулся. И, когда в комнату вошли Старцев и Аглая Ивановна, он спросил:

— А… гдееее… Ми…ла…нааааа?

Я готова была ворваться в комнату, но меня остановил суровый взгляд Валерия Яковлевича.

Тетушка бросилась обнимать Тараса:

— Мальчик мой, ты не узнаешь меня?!

Старцев сделал ей знак успокоиться. Мамаев посмотрел на нее. И, словно только минуту назад расстался с ней, произнес:

— Те…туш…каааа, где… Ми…ла…нааааа?

— Да здесь твоя Милана, здесь. И я здесь.

Валерий Яковлевич позвал меня. А у меня словно отнялись ноги. Они налились свинцом, и каждый шаг давался с большим трудом. Меня переполняли и радость, и страх, и надежда.

Тарас сразу узнал тетушку. И при этом вспомнил обо мне. Значило ли это, что все самое страшное позади? Что его мозг окончательно проснулся. Что все будет по-прежнему.

Старцев не вмешивался. Он молча наблюдал, как Тарас обнял нас обеих и радостно улыбался, разглядывая наши лица.

— Да Вы, батенька, совсем молодцом, — сказал Мамаеву Валерий Яковлевич и добавил, уже обратившись ко мне: — Я, пожалуй, подожду Вас в гостиной. Но не очень утомляйте моего пациента. Ему надо отдохнуть. Я пришлю сиделку.

Когда мы с Аглаей Ивановной спустились вниз, нас встретили со счастливыми улыбками. Особенно сияла мама.

Старцев наказал мне не расслабляться и выполнять все прежние указания.

— Ну что ж, рад вас поздравить. Память вернулась, благодаря Вашим стараниям.

Я перебила его:

— Только благодаря Вашему лечению!

— Не преувеличивайте. Никакое лечение без поддержки близких людей не способно сотворить чудо. А ведь оно произошло. Речь постепенно тоже полностью восстановится. Главное, что сработал рычажок, включивший активизацию мозговых функций. Дальше все пойдет хорошо. Только не надо ожидать сразу слишком многого.

Я ждала, что он произнесет свою любимую фразу о терпении. Именно это он и сказал на прощание:

— Терпение, дорогая, еще раз — терпение. Продолжайте давать прописанные лекарства и спокойно беседовать с Тарасом.

— А что с его способностью к рисованию? — спросила я у Старцева, когда провожала его до двери, — тетушка ведь говорит, что за ним никогда не замечалось подобное.

Старцев улыбнулся:

— В каждом из нас дремлют нераскрытые таланты. Быть может, в Мамаеве проснулся художник. Посмотрим. Но самое важное — проснулся его мозг.