Книга Елочная ферма «Аромат зимы», страница 69 – Лори Гилмор

— Что ты сделала с этими средствами?

— Не хочу говорить.

— Почему?

Она вздохнула:

— Ты не так поймешь.

— Кира, объясни, что ты сделала.

Девушка тяжело выдохнула:

— Раздала.

Беннет ухмыльнулся:

— Кому раздала?

Кира закатила глаза. Он уже подумал совсем не о том! Она не какая-нибудь там святая. Жертвовать деньги было для девушки всего лишь еще одним способом выбесить мать.

— Перевела в благотворительные фонды для помощи женщинам и детям. И в пару приютов для животных.

Кира попыталась выставить это как что-то обыденное, не стала упоминать о том, насколько сильно эти пожертвования разозлили ее мать. «Что скажут наши друзья?!» – возмущалась она. «Друзьями», конечно, были люди консервативных взглядов, с которыми родители часто отдыхали в элитных загородных клубах. Они бы не одобрили материальную поддержку матерей-одиночек и женского здравоохранения. Бездомные животные их тоже не заботили. Вспомнив все это, Кира не сдержала мрачной улыбки.

— Видишь! – сказал явно довольный собой Беннет. – Ты нередко принимаешь хорошие решения.

Его рука по-прежнему держала ее за запястье, а большой палец выводил круги над точкой пульса, отвлекая от переживаний.

— Возможно. Время от времени, – сдалась Кира. – Но это меньшее, что я могла сделать…

— Другие люди и до такого не додумываются.

Девушка нахмурилась. Ей все еще казалось, что она сделала недостаточно. Однако теплый взгляд Беннета заставлял почувствовать: возможно, она на верном пути и ей не нужно наказывать себя всю жизнь.

— Ладно. Но давай не будем притворяться, будто покупка фермы без предварительного осмотра и уверенность, что я за одну ночь освою основы сельской жизни, – хорошая идея, – сказала Кира, устав копаться в собственном прошлом.

Беннет рассмеялся.

— Да, пожалуй, не лучшая. Но вот ты здесь, и у тебя все получается.

В горле у Киры встал ком. Она сглотнула. И почему все это ее так трогает?..

— Возвращаться уже поздно, – пожала она плечами.

— Какая ты смелая.

Кира легонько покачала головой, но Беннет крепче сжал ее запястье. А потом поднялся и притянул девушку ближе к себе.

— Храбрая, умная девочка, – прошептал он и легонько поцеловал ее в лоб.

Кире никто так не говорил. Она всегда была дикой, упрямой, безбашенной. Но храброй или умной – никогда.

Мужчина отпустил ее руку.

— Ну что, теперь суп? – спросил он и отошел, оставив Киру сбитой с толку после внезапной похвалы.

Видимо, хорошие парни умели не только целоваться.

Старые окна дрожали от ветра. С дивана открывался вид на серую завесу с белыми снежными вихрями. Ферма уже не напоминала милую рождественскую открытку: порывы ветра швыряли в стекла осколки льда, раскачивали деревья. Метель была такая, что только перекрывай дороги, запирайся дома и молись, чтобы не отрубили электричество.

А в камине гостиной уютно потрескивал огонь. Хорошо, что осенью Кира заказала огромный запас поленьев! А сегодня даже нашла себе компанию на вечер.

Телефон Беннета завибрировал, и миски с супом затряслись.

Мужчина ушел в уборную, и за эти две минуты телефон прожужжал раз пять. Может, стоит заглянуть в экран? Вдруг случилось что-то срочное? Допустим, она «случайно» смахнет телефон со стола ногой, и придется поднимать…

Едва палец коснулся устройства, из-за одеяла показался Беннет. Кира тут же отдернула ногу и подогнула ее под себя. Фу, плохая нога!