Книга Развод и замуж за спасателя, страница 15 – Селин Саади

перечили люди, которых он считает обслуживающим персоналом.

— Я — руководитель направления, — холодно чеканит Черкасов: — И если я скажу, что вы будете

резать машину по миллиметру, чтобы не задеть артерию пациента, вы будете резать ее по

миллиметру.

Соболев делает один ленивый шаг вперед, отделяясь от своей шеренги.

— Вы, Илья Николаевич, можете командовать клизмами в своем кабинете, — он не повышает

голос, но его слышит каждый человек в ангаре: — А в красной зоне решаю я. И если машина

горит, мы вырвем двери вместе с вашим пациентом, чтобы он не сгорел заживо. Вопросы есть?

Илья бледнеет от бешенства.

В частной клинике за такой тон командира спасов бы уже уволили. Но здесь, на базе, слова

Соболева, считай, закон, оплаченный кровью, полковник Савченко в подтверждение кашляет в

кулак, явно пряча усмешку.

— Я думаю, вопросы взаимодействия мы обсудим в рабочем порядке, — быстро вмешивается он,

пока дело не дошло до открытой войны: — Разойдись по машинам. Смена началась.

Шеренги приходят в движение, я разворачиваюсь, чувствуя, как дрожат колени, и иду к своему

желтому реанимобилю.

Мне хочется проснуться, чтобы это оказалось сном. Чтобы не видеть, что Илья достал меня

даже здесь.

Я почти дохожу до машины, когда слышу за спиной звук шагов.

— Полина.

Илья стоит в двух шагах, заложив руки в карманы брюк. Он понижает голос, чтобы никто не

слышал, и на его лице снова появляется та самая снисходительная улыбка.

— Я же говорил, что ты не спрячешься, Поль, — мягко произносит он: — Думала, бумажка от

адвоката меня напугает? Ты же умная девочка. Заканчивай этот цирк с разводом и сиренами,

возвращайся домой. Иначе я сделаю так, что каждый твой выезд будет превращаться в служебное

расследование.

— Ты не начальник направления, Илья, — цежу я сквозь зубы: — Ты просто грязный манипулятор,

который не может смириться, что жена вышвырнула его из жизни после измены.

Улыбка сползает с его лица, глаза становятся холодными, как у рептилии. Он делает шаг ко

мне, открывая рот, чтобы ответить, но внезапно между нами вырастает широкая синяя спина с

надписью МЧС.

Соболев проходит мимо, словно случайно задевая новое руководство своим тяжелым плечом.

Илья, который вдвое уже, пошатывается, едва не потеряв равновесие.

— Извиняйте, Илья Николаевич, — бросает он, даже не обернувшись: — У нас тут техника

тяжелая, неровен час отдавит ногу. Встаньте за желтую линию, пока костюм не испачкали.

Илья скрипит зубами, поправляя пиджак, а я растерянно смотрю вслед удаляющемуся Соболеву.

Глава 9

Илья не врал, когда обещал превратить мою жизнь в ад.

Он не стал кричать или устраивать сцен у всех на виду. Он просто использовал систему.

За последние два часа я побывала в его новом, пахнущем дорогой кожей и свежей краской

кабинете уже трижды.

— Форма номер сто десять заполняется синей ручкой, Полина, а не черной, — мягко, почти

ласково произносит Илья, отодвигая от себя стопку моих карт вызовов за прошлые пару дней. —

И здесь нет подписи старшего фельдшера. Это нарушение протокола отчетности.

Я стою перед его столом, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.

— Илья, ты прекрасно знаешь, что на трассе, когда у тебя пациент с артериальным

кровотечением, цвет ручки — это последнее, о чем думает врач.