Книга Развод и замуж за спасателя, страница 21 – Селин Саади

Он молчит, лишь чуть ведёт головой вбок.

Его пальцы на мгновение сжимаются сильнее, будто непроизвольно, а затем отпускают.

Этот короткий момент кажется вечностью.

Черт его знает, что он сейчас думает. А вот я думаю, что хочу кого-нибудь избить.

И этот кто‑нибудь остается позади, когда я пулей вылетаю из кухни, чувствуя спиной его

тяжелый взгляд.

Глава 12

Замок в новой квартире поддается мягко, с тихим щелчком. Я проворачиваю ключ, толкаю

тяжелую дверь и шагаю в прихожую.

Здесь пахнет свежим ремонтом, некрепким кофе и свободой.

Никаких компромиссов.

Просторная студия в хорошем районе с панорамными окнами и минималистичным интерьером.

Я уже оплатила аренду на полгода вперед, а дальше суд разделит нашу общую квартиру пополам,

и я куплю свое жилье.

Бросаю сумку на консоль, стягиваю кроссовки и прохожу на кухню. Нажимаю кнопку на

кофемашине.

Тихий гул аппарата нарушает идеальную тишину квартиры. Я прикрываю глаза, наслаждаясь

моментом абсолютного спокойствия.

Телефон в кармане джинсов вибрирует, разбивая тишину.

На экране высвечивается имя моего адвоката.

Вадим Петрович.

— Да, Вадим, добрый вечер, — я нажимаю кнопку ответа, подставляя чашку под носик

кофемашины.

— Добрый, Полина Викторовна. У меня для вас не самые приятные новости, — его голос звучит

сухо, без предисловий: — Ваш супруг перешел в наступление. Сегодня я получил копию

встречного искового заявления.

Моя рука замирает в воздухе.

— Встречного? — я хмурюсь: — Квартира куплена в браке, я имею законное право на свою

половину, и мы уже подали на раздел. Что он там оспаривает?

— Илья Николаевич оспаривает не ваше право на квартиру, Полина Викторовна. Он требует

признать его долги общими семейными обязательствами.

Кофемашина пищит, наливая темный эспрессо.

Я чувствую, как внутри зарождается неприятный, колючий холодок.

— Какие долги? У нас не было никаких кредитов.

— У вас не было. А вот клиника за последние три года взяла два крупных займа на закупку

оборудования. Оформлены они были на него как на физлицо в период вашего брака. Сумма

колоссальная — около двадцати миллионов рублей.

Воздух в светлой кухне внезапно становится слишком тяжелым.

— Он вешает на меня свои корпоративные долги?! — чеканя каждое слово, спрашиваю я: — Я не

имею к клинике никакого отношения!

— Его юристы будут бить на то, что доходы от клиники шли в общий семейный бюджет, а значит,

и долги делятся пополам. Если суд признает их общими, ваша половина квартиры просто уйдет в

счет погашения этих займов. И вы еще останетесь должны. Более того, господин Черкасов подал

ходатайство о наложении ареста на все ваши личные банковские счета, включая добрачный вклад,

в качестве обеспечительной меры.

Я опираюсь ладонью о прохладную столешницу.

— Он хочет заблокировать мои деньги.

— Именно. Это классическая схема изматывания. Он намеренно лишает вас финансовой

независимости, чтобы заставить отказаться от претензий на квартиру. Он гениальный хирург со

связями в Минздраве и очень дорогими адвокатами. Нам нужно готовиться к долгой, грязной

войне. Я пришлю документы на почту. И, Полина Викторовна… не делайте резких движений. Сейчас

любая ваша оплошность сыграет ему на руку.

Он отключается.

Я стою в тишине, а кофе остывает в чашке.

Арест счетов. Потеря квартиры. Долги.