Книга «Я тоже» не значит «люблю», страница 226 – Виолета Рид

— Да чтоб вас… – выругался Мэтт, споткнувшись о пустую бутылку. – Я чуть не убился.

Когда Люси раздвинула шторы в гостиной, мне пришлось зажмуриться от яркого света. Привыкнув, я смерил Зака убийственным взглядом.

— Почему бы тебе не пойти наверх, не принять душ и не побриться? – предложил Мэтт.

— Почему вы, черт возьми, не даете мне поспать? – раздраженно спросил я.

Голова раскалывалась, и меньше всего на свете мне хотелось иметь дело с тремя парами глаз, полными жалости.

— Потому что мы наведем порядок и приготовим еду, пока ты моешься, – заявила Люси.

— Так больше продолжаться не может. С жалостью к себе сегодня будет покончено, – добавил Зак.

Через три секунды я сдался и поднялся по лестнице.

Душ меня взбодрил. Чистая одежда и бритье помогли почувствовать себя лучше. Я несколько дней не смотрел в зеркало: лиловые круги под глазами выделялись сильнее всего. Когда я вышел из ванной, заметил, что кто-то побывал в спальне и утащил простыни.

Черт. Неужели все было настолько плохо, что за меня даже постель постирали?

Я открыл окно в спальне и вышел на террасу. Дул легкий ветерок. Полуденное солнце грело кожу. Я глубоко вдохнул и закрыл глаза. Некоторое время просто стоял так, наслаждаясь знакомым шумом волн. Впервые за несколько недель мне удалось очистить голову. Зак был прав. Жалость к себе достигла предела, и с этим нужно было заканчивать. Мне надо было что-то сделать, чтобы изменить ситуацию. В том, чтобы оказаться на самом дне, есть и свой плюс: падать ниже уже некуда. Отсюда дорога только наверх. А еще ты начинаешь ясно видеть, кто именно помогает тебе выбраться из бездны.

— Эй, придурок! – Зак махнул мне щипцами от мангала. – Давай спускайся!

Когда мы сели за стол обедать, Люси подняла тему, которая сейчас волновала всех:

— Зак сказал, что издательство пригласило тебя подписать книги, а ты так и не ответил.

Я вздохнул и кивнул.

— Тебе стоит им ответить, – заметил Мэтт. – Нельзя выбрасывать карьеру на помойку из-за какой-то девушки…

Я снова молча кивнул. По этим двум репликам было ясно, что брат рассказал им все. Друзьям наверняка было неприятно узнать о нашем расставании не от меня, но они ничего не сказали. Единственное, о чем попросила Люси:

— Пожалуйста, ответь своему редактору, что будешь там в назначенный день.

— Мне не хочется с ней сталкиваться, – признался я, не поднимая глаз от тарелки.

— Уилл, люди, которые с таким воодушевлением купили твою книгу, заслуживают, чтобы ты ее подписал, – мягко напомнила Люси.

— Я знаю, – вздохнул я. – Отвечу Дэвиду позже.

— Отлично. – Люси улыбнулась, беря початок кукурузы.

— Ты начал писать что-нибудь новое? – поинтересовался Мэтт.

— У меня нет вдохновения для новой истории, – честно ответил я.

— Тогда пиши о своих чувствах, как делал подростком, – предложил Зак.

Я несколько секунд обдумывал эту мысль.

Писать о том, что я чувствую, означало писать о ней.

Возможно, это и был первый шаг к тому, чтобы отпустить ее и перестать цепляться за воспоминания.

— Я попробую, – пообещал я.

В тот вечер я снова вернулся в кабинет и вылил на бумагу все, что у меня было внутри.

Следующие две недели я много писал о своих чувствах. Снова начал бегать в Пойнт-Лобосе, ходить за продуктами в «Хол Фудс» и постепенно возвращался к привычной жизни. Я навещал родителей, встречался с друзьями, и с каждым днем мне становилось чуточку легче.