Книга Первый мороз. Книга 1, страница 159 – Чжу И

Уже погружаясь в сон, девушка вдруг вспомнила о чашке воды с медом, которую Сан Янь сделал для нее. Тепло этого напитка, казалось, проникло в самые кончики ее пальцев и разлилось по всему телу.

Перед тем как полностью впасть в небытие, Вэнь Ифань поймала себя на мысли: «Было бы неплохо, если бы Сан Янь остался жить здесь подольше».

Возможно из-за рассказа Му Чэнъюня, Вэнь Ифань во сне перенеслась в день своей выпускной церемонии. Однако образы в ее сновидении были расплывчатыми, словно размытая акварель, все казалось одновременно и реальным, и иллюзорным. Ей было трудно понять, события во сне происходили когда-то на самом деле или же это просто плод ее воображения.

По ее воспоминаниям, выпускная церемония закончилась во второй половине дня. Вэнь Ифань была одета в мантию выпускника и держала врученный диплом в руках. Вместе с соседками по комнате она, смешавшись с толпой, покинула зал.

На улице было полно студентов – почти все одеты в черные мантии, некоторые из них фотографировались с родственниками и друзьями. Во всем университетском кампусе царила суета, и нередко можно было встретить знакомые лица. Вэнь Ифань время от времени останавливали, чтобы сделать совместное фото.

Из-за стажировок на четвертом курсе соседки были очень заняты, потому редко пересекались. Наконец, собравшись все вместе, они оживленно делились опытом работы, периодически перебивая друг друга.

После того как обсуждение этого вопроса исчерпало себя, одна из девушек с энтузиазмом воскликнула:

— Ах да! Когда мне вручили диплом, на последнем ряду я увидела одного просто невероятно красивого парня. Вот бы узнать, с какого он факультета…

— Эй, почему ты мне не показала его?! – тут же возмутилась другая соседка.

— Да что я могла сделать? Вы тогда ждали своей очереди получить диплом на сцене. А когда вы спустились, я уже не могла его найти. К тому же у меня сложилось впечатление, что он мне просто привиделся, – оправдывалась первая.

— Ладно, будем считать, что тебе показалось, – с наигранной серьезностью ответила вторая.

Вэнь Ифань, слушая их небольшую перепалку, невольно улыбнулась.

Через некоторое время всех четверых окликнула их однокурсница и предложила сделать совместное фото. Соседки по комнате потянули Вэнь Ифань за собой. Ее поставили почти в центре, и она, подняв взгляд на объектив, слегка изогнула уголки губ в вежливой улыбке.

Фотограф, держа в руках камеру, громко считал:

— Три, два…

Не успел он сказать «один», как в этот момент в шумной толпе вдруг раздался еле слышный возглас – кто-то позвал Вэнь Ифань по имени. Голос показался очень знакомым, и ее дыхание замерло. Она машинально начала вертеть головой из стороны в сторону, обводя глазами окружающих.

— Эй, старшая, что происходит? – удивился фотограф.

— Что случилось? – поинтересовалась одна из ее подруг.

Вэнь Ифань продолжала оглядываться, ощущая какое-то странное беспокойство.

— Мне показалось, что кто-то позвал меня.

— А? – удивилась соседка, тоже окидывая взглядом толпу. – Ты, наверное, ослышалась. Я ничего такого не слышала. Может, просто у кого-то имя похоже на твое? Тут же столько людей…

После этого слова соседки долетали до Вэнь Ифань как будто сквозь пелену, а ее взгляд был сфокусирован на одном человеке.

Высокий и стройный парень, похоже, пришел к кому-то на выпускную церемонию. Одет он был строго – в белую рубашку и брюки. Сейчас он, опустив голову, шел в сторону от шумной толпы и, кажется, смотрел на что-то в телефоне.