Книга Келин. Я вам не прислуга!, страница 14 – Мелисса Моррис

— Давай сама еще раз. Не торопись.

Я повторяю все по своему блокноту. На третьем шаге останавливаюсь.

— Покажи, пожалуйста, еще раз, где это.

Она показывает.

К обеду ноют плечи. Хочется пройтись, но каждый раз открывается дверь, и я снова поправляю блокнот. Роза Сериковна смотрит на часы.

— Салтанат, идите поешьте. Полчаса у вас есть, мы здесь справимся.

Я чуть не говорю, что сначала все закончу. Потом вспоминаю, что здесь посетители будут до вечера.

Покупаю рядом булочку, возвращаюсь в комнату для сотрудников. Я сегодня ничего не приготовила, а устала почти как дома. Но ни разу не захотелось плакать.

После перерыва меньше боюсь спрашивать, хотя все равно путаюсь.

За полчаса до конца смены Роза Сериковна зовет в кабинет. По дороге я успеваю решить, что она передумала.

— Как вам первый день? — спрашивает руководительница.

— Труднее, чем я думала.

— Мне тоже показалось, что программа пока дается тяжело. Будем разбираться. С клиентами вы разговариваете хорошо, не суетитесь перед ними. Только не кивайте, если не поняли. Лучше переспросите.

Я не сразу замечаю слово «будем».

— Вы готовы меня оставить?

— На испытательный срок. Посмотрим, как пойдет. Сейчас договоримся по сменам. Условия те, что обсудили утром.

Я держу блокнот обеими руками. Хочется позвонить маме: меня взяли. Она раньше всегда радовалась, когда у меня что-нибудь получалось.

Но три дня назад я просила ее пустить меня на ночь.

Возвращаюсь к стойке. На вопросительный взгляд Мадины киваю. Она показывает мне большой палец и поворачивается к посетителю.

В этот момент звонит Данияр.

Я смотрю на его имя и почему-то опять жду другого начала разговора.

— Салта, ты к шести приезжай, — говорит он. — Папин брат с женой будут, они на юбилей не попали. Мама одна не успеет. Надо стол накрыть.

За спиной шуршит принтер. Передо мной блокнот с перечеркнутыми стрелками.

— Я на работе, Данияр.

— Все-таки устроилась? Ну ладно, во сколько закончишь?

— В пять.

— Как раз успеешь. Только по дороге хлеб возьми, а то мама забыла.

Я смотрю на часы. Через двадцать минут закончу. Если взять такси, к шести успею.

— Меня оставляют на испытательный срок, — говорю я.

— Хорошо, Салта, вечером расскажешь. Ты слышала про хлеб?

Хочется объяснить, как я устала. Но он скажет, что все равно успею, и придется искать другую причину.

Я прижимаю телефон к уху. Мадина разговаривает с клиентом, Роза Сериковна печатает в кабинете. Голос все-таки подводит меня: выходит тише, чем хотелось.

— Сегодня я не приеду.

— Здравствуйте. Роза Сериковна у себя?

Я поднимаю голову и узнаю его раньше, чем вспоминаю имя. Передо мной фотограф с юбилея. Только теперь у него на плече обычная сумка, а в руках плоская коробка.

— Да. Сейчас я скажу, что вы пришли.

Я встаю и задеваю коленом тумбу. Он ничего не спрашивает.

— Аскар, — представляется он. — Мы на двенадцать договаривались.

Имя я уже вспомнила. Вместе с тем, как Гульмира просила его захватить букет в кадр.

Роза Сериковна кивает из кабинета, и я возвращаюсь за стойку. Может, он меня не узнал. За это время у него наверняка были другие заказы.

Аскар проходит в кабинет. Я поправляю конверты с заказами. После первой смены прошло четыре дня. В программе я уже путаюсь меньше, но записи все равно держу под рукой.