Книга Герцог и гувернантка, страница 131 – Элоиза Джеймс

Диана никогда не чувствовала себя красивой, особенно в сравнении с Розой. И уж тем более не во время светского сезона, когда всеобщее внимание привлекали ее экстравагантные наряды и огромные парики. Но сейчас в сияющих глазах кузины она прочла истину. Диана действительно прекрасна — когда не боится быть самой собой.

На Лавинии было белое платье, покрытое прозрачной шелковой сеткой, расшитое чайными розами оттенка, изумительно подходящего к цвету ее губ. Выглядела она точь-в-точь как один из тех шаловливых ангелов с французских полотен, что нежатся на облаках, прикрытые лишь тщательно выписанными лоскутками шелка… Стоп, а точно ли это ангелы?

О живописи Диана знала немногим больше, чем о хвостах павлинов.

— Ты только посмотри! — прошептала Лавиния, подводя ее к большому зеркалу в холле. — Как мы похожи!

— По-моему, не особенно, — возразила Диана.

— Должно быть, грудь нам обеим досталась по наследству от какой-нибудь знаменитой родственницы. Надеюсь, она своим бюстом гордилась не меньше нашего! — Лавиния захихикала, и тончайший шелк, прикрывающий ее грудь, опасно заколыхался. — О боже мой! — воскликнула она вдруг. — А где помада? — Сунув руку в карман, извлекла оттуда коробочку размером не больше ногтя на большом пальце. — Да вот же она!

— Матушка всегда приказывала мне красить губы темной помадой, — с сомнением заметила Диана. — Говорила, что от яркой рот будет казаться еще больше.

— Твоя матушка — просто дура! Запомни это раз и навсегда, чтобы больше нам к этому не возвращаться, — резко ответила ее кузина. — Ничто так не привлекает мужчин, как губы чертенка на лице ангела!

Диана послушно стянула правую перчатку и накрасила губы алой помадой, стараясь не думать о том, что они будут выглядеть опухшими. Словно зацелованными.

— Ожидания в приемной сегодня не будет, — снова заговорила Лавиния, — так что мы с тобой сразу попадем в гущу джентльменов. Не забудь наш план: флиртуешь со всеми, с кем я тебя знакомлю. А я буду танцевать с Нортом все танцы подряд — и маму порадую, и заткну рот сплетникам, болтающим о вас с ним.

Диана кивнула, отчетливо понимая: она не хочет, чтобы Норт танцевал с Лавинией. Но тут же мысленно упрекнула себя, не в первый раз обозвав «собакой на сене». Просто стыдно: сама его не хочет — и другим не отдает.

— Советую протанцевать несколько танцев с лордом Хоном, бароном Хьюстоном, — сказала Лавиния, вглядываясь в ее губы. — Выглядишь на редкость аппетитно!

— С кем танцевать?

— Лорд Хон, мой кузен с материнской стороны. Но очень дальний, так что ты, скорее всего, с ним не знакома. Титул у него шотландский, кажется, из Ренфрушира. Я вас познакомлю. Тебе достаточно ему улыбнуться и сказать что-нибудь умное — он сразу будет очарован. Хон не бесполезный аристократ, не из тех, кого ты презираешь. Он взбунтовался против своей семьи, получил степень в Эдинбурге и теперь практикует как врач. Можешь даже называть его «доктор Хон», если вашей высоколобости так больше понравится.

— Я вовсе не высоколобая! — запротестовала Диана. Но надо было признать, история лорда Хона ее заинтриговала.

— Примерно в середине вечера я подведу Норта и положу его прямиком к твоим ногам. Потанцуй с ним, но делай вид, что страшно скучаешь. Обменяйтесь двумя-тремя словами — больше не надо. Вы с ним теперь как брат и сестра — или как там выразился герцог за ужином.