Книга Развод с Альфой. Трактир для брошенных волчат, страница 116 – Диана Фурсова

Судя по пометкам, хозяева Порога не пытались заменить собой государственный архив. Они записывали только то, что подтверждалось лично здесь или было принесено участниками рода.

Сайвера нашла имя деда Иврея.

Потом ещё одно.

Рядом стояла отметка:

«Явился лично. Право рода подтверждено прежней записью и двумя свидетелями».

Дата была на четыре года позже официального прекращения Вейрнов.

Торвейн прочитал дважды.

— Если это подлинная запись того времени…

— То кто-то в Центральном реестре уже четыре года называл род исчезнувшим, пока его глава ходил сюда собственными ногами.

— Да.

— А Даймор тогда работал архивным свидетелем.

Торвейн помолчал.

— Да.

Сайвера не стала продолжать.

Она нашла Вельранов.

Здесь было сложнее. Последняя запись Порога появилась за несколько лет до рождения Тессы. Девочку книга знать не могла.

Но в ней существовали две боковые ветви рода, которых в принесённой Торвейном официальной копии вообще не было.

— Помнишь решение? — спросила Сайвера.

— «После смерти последнего зарегистрированного представителя наследников не осталось».

— Если эти ветви продолжались, кто-то обязан был хотя бы проверить их.

— Обязан.

— А их даже нет в современной схеме рода.

Торвейн провёл пальцем над строкой, не касаясь бумаги.

— Значит, сначала исчезли ветви.

— А уже потом стало легко объявить последнего человека последним.

Она услышала, как он медленно выдохнул.

Дальше нашли Эрвейнов.

Сайвера сразу узнала имя двоюродного деда Руэна.

Он был записан здесь ещё молодым мужчиной, младшим сыном боковой ветви.

— Вот его родство, — сказала она.

Торвейн взял лист, на котором они раньше восстанавливали семью со слов Руэна.

Совпало.

— В официальном деле его нет, — сказал он.

— Совсем?

— Есть упоминание о боковой ветви, прекратившейся раньше. Без имён.

— Удобно.

— Слишком.

Сайвера посмотрела на три открытые книги.

Это ещё не было полным доказательством преступления Даймора.

Но уже точно было доказательством того, что официальный реестр нельзя считать надёжным.

И чем дальше они работали, тем больше таких разрывов находили.

Ревали.

Ещё один род из списка Торвейна.

Ещё.

Иногда старая книга подтверждала лишь существование незаписанной боковой ветви.

Иногда содержала прямую запись о человеке, который являлся в Порог уже после официальной даты прекращения рода.

Иногда сведения Порога и Центральной книги совпадали полностью.

И последнее Сайверу обрадовало почти сильнее всего.

— Почему ты улыбаешься? — спросил Торвейн.

— Потому что здесь есть род, который действительно прекратился.

— Это довольно странный повод.

— Зато книга не пытается доказать нашу версию любой ценой.

Она показала.

В обеих системах стояла одна дата.

Последний представитель умер без детей.

Земля перешла в общий фонд.

Никаких поздних гостей с этой фамилией в «Старом Пороге».

— Значит, записи расходятся не всегда, — сказал Торвейн.

— Именно.

— Тогда можно сравнить закономерность.

Сайвера посмотрела на него.

— Вот теперь ты говоришь как человек, с которым я могу работать.

— Высокая честь.

— Не привыкай.

Они продолжили.

Ближе к рассвету Сайвера поняла, что больше не различает строчки.

— Всё.

Торвейн поднял голову.

— Что?

— Если я сейчас прочитаю ещё одну фамилию, завтра запишу её в меню.

— Значит, спим.

— Через…