Книга Развод с Альфой. Трактир для брошенных волчат, страница 3 – Диана Фурсова

Теперь Даймор впервые слегка нахмурился.

— Подобные рассуждения уместно было представить до заседания.

— Меня вызвали сюда час назад и впервые показали письмо десять минут назад.

На этот раз шёпот стал громче.

Сайвера почувствовала почти физически, как зал изменился.

Не поверил ей никто.

Но некоторым стало неудобно.

Пусть.

Удобство сегодня вообще оказалось слишком дорогой вещью.

Она снова посмотрела на Торвейна.

— Ты знал?

— Что именно?

— Что меня вызовут без предупреждения.

Едва заметная пауза дала ответ раньше слов.

— Я распорядился, чтобы расследование не обсуждалось до собрания.

— Даже со мной.

— Особенно с тобой.

Сайвера медленно кивнула.

Внутри что-то наконец перестало метаться.

До этого момента ещё оставалась крошечная, почти унизительная надежда, что произошло недоразумение. Что Торвейн просто не видел какого-то документа. Что он вынужден разыгрывать официальность перед Советом, но после заседания они закроют дверь кабинета и разберутся.

Надежда исчезла.

Стало гораздо легче дышать.

— Хорошо, — произнесла она.

Торвейн нахмурился.

Наверное, ожидал другого.

Слёз? Объяснений? Попытки напомнить о семи годах вместе?

У неё действительно было что ему напомнить.

Как он однажды приехал за ней ночью через половину округа, потому что услышал, что мост размыло и её экипаж задержался на другом берегу.

Как она три зимы подряд спала по четыре часа, потому что Торвейн перестраивал заставы, а кому-то требовалось вести расчёты.

Как во время первой годовщины их брака они сбежали с торжественного ужина на конюшню, прихватив пирог, потому что оба ненавидели речи советников.

Как два года назад он засыпал, положив голову ей на колени, пока она читала отчёты, и потом отрицал, что храпел.

Сайвера помнила всё.

Наверное, поэтому и не стала ничего напоминать.

Если семи лет оказалось недостаточно, ещё пять минут ничего не изменят.

Она обошла стол.

Люди расступились перед ней так быстро, словно боялись случайно оказаться слишком близко.

Торвейн следил за каждым её шагом.

Сайвера остановилась напротив мужа.

Так близко, что видела тонкую светлую полоску возле его подбородка — след от старой схватки, которую он получил ещё до их знакомства.

— Я задам тебе один вопрос.

Его взгляд стал тяжелее.

— Задавай.

— Не как Альфе.

На скулах Торвейна обозначилось напряжение.

— Сайвера...

— Один вопрос. И я больше ничего от тебя не потребую.

Даймор пошевелился, собираясь вмешаться, но Торвейн поднял ладонь.

Хранитель замолчал.

Сайвера подумала, что это даже забавно. Одного движения его руки хватало, чтобы остановить целый зал.

Остановить собственную ошибку ему почему-то оказалось сложнее.

Она посмотрела ему прямо в глаза.

— Ты действительно веришь, что это сделала я?

Теперь Торвейн молчал дольше.

Сайвера видела, как он выбирает ответ.

Наверное, правильный.

Наверное, тот, который должен произнести Альфа перед Советом, чтобы никто не усомнился в его беспристрастности.

Сайвера уже знала: если муж сейчас скажет хотя бы «я не уверен», она потребует принести оригиналы. Останется. Будет спорить. Найдёт ошибку, человека, подделавшего подпись, цепочку, по которой письмо оказалось среди доказательств.

Она умела разбираться в бумагах.

И в людях, как ей до сегодняшнего утра казалось, тоже.

Торвейн наконец ответил: