Книга Развод с Альфой. Трактир для брошенных волчат, страница 63 – Диана Фурсова

Показал копию журнала печатей.

Сегодня несколько раз остановился там, где раньше продолжил бы давить своим положением.

Доверие нельзя было вернуть одним решением.

Но иногда его приходилось проверять маленькими шагами.

Сайвера положила половину жетона на стол.

— Это принадлежало бабушке.

Торвейн взял предмет только после короткого взгляда, словно спрашивал разрешения.

Она кивнула.

— Такой же знак.

— Да.

— Как в книге.

— Да.

— И на ключе?

Сайвера резко подняла голову.

— Откуда знаешь про ключ?

— Ты вчера показывала мне книгу, а на полях был этот знак. Сейчас у тебя жетон. Я предположил, что могут быть другие предметы.

— Не выкручивайся. Ты сказал «на ключе».

Торвейн помолчал.

— Я видел ключ среди твоих вещей, когда помогал собирать сундук.

Сайвера вспомнила.

Тот день.

Комната в доме Альфы.

Два сундука.

Шкатулка матери.

Бабушкин нож.

Она действительно открывала старый мешочек? Нет. Тогда ещё нет.

— Ключ был в мешочке.

— Мешочек однажды выпал из шкатулки несколько лет назад. Ты ругалась, потому что рассыпались пуговицы. Я помогал собирать.

Сайвера медленно прикрыла глаза.

— Я этого не помню.

— Я помню.

— Это становится раздражающей привычкой.

— У каждого свои недостатки.

Она забрала жетон.

— Тесса принесла вторую половину.

Торвейн застыл.

— Что?

— Через дверь. В ночь, когда появилась здесь.

— И ты решила сказать мне только сейчас?

Вот.

Знакомый тон.

Сайвера откинулась на спинку стула.

— Осторожнее.

Он остановился.

Провёл ладонью по лицу.

— Хорошо. Почему ты решила не говорить раньше?

— Потому что не понимала, что это означает.

— А теперь понимаешь?

— Нет.

— Значит, ничего не изменилось.

— Изменилось.

— Что?

— Ты.

Торвейн замолчал.

Сайвера сама удивилась собственной прямоте.

— Немного, — добавила она. — Не делай выводов.

— Не буду.

— И половина жетона всё равно не твоя.

— Понял.

— И Тессу ты не будешь расспрашивать без неё.

— Без кого?

— Без Тессы.

— Я собирался сказать «без тебя».

— Вот поэтому я уточнила.

Торвейн покачал головой.

— Невыносимая.

— Мы уже обсуждали.

— Помню.

И снова эта опасная улыбка.

На этот раз Сайвера отвернулась раньше, чем она успела сделать вечер слишком похожим на прошлое.

Дождь вернулся после полуночи.

Не сильный, но ровный.

Торвейн несколько раз посмотрел в окно, прежде чем Сайвера спросила:

— Ты собираешься ехать?

— Собирался.

— Дорога до старого моста после такого дождя будет плохой.

— Я проеду.

— Разумеется. Ты же Альфа. Грязь обязана расступиться.

Он усмехнулся.

— Фрайна бы проехала?

— Фрайна умнее тебя и осталась бы в конюшне.

Торвейн поднялся.

— Тогда я…

— Комната стоит четыре монеты.

Он остановился.

— Что?

— Если собираешься ночевать.

— Ты берёшь с меня деньги?

— С остальных беру.

— Я помогал весь день.

— Иврей записал, что бесплатно.

Торвейн посмотрел на книгу заказов.

Сайвера едва удерживала серьёзное лицо.

— Три.

— Четыре.

— Я таскал дрова.

— Ты проиграл Иврею четыре заказа.

— Это не имеет отношения к цене комнаты.

— Именно. Четыре.

— Три и я завтра помогу мастеру с крышей.

— Ты не мастер.

— Зато могу держать доски.

— Четыре.

— Ты ужасный торговец.

— Зато ты всё ещё здесь.

Торвейн достал четыре монеты.

Положил на стойку.

— Запиши.

Иврей уже спал.

— Завтра.

— А если забудешь?

— Я?

— Справедливо.

Сайвера взяла ключ от восьмой комнаты, одной из тех, которые Тесса сегодня подготовила.