Книга Вороница. Пойманные души, страница 97 – Татьяна Морец

Заскорузлую одежду и обувь оставляем лежать кучкой, позже определимся, что с ней делать, нет больше сил терпеть голод.

Когда из короба Амиран достаёт рис и жареную на корабле рыбёшку, мои губы начинают сами собой дрожать. Я ярко вижу картины нашей трапезы на палубе, когда мы все были живы.

— Рорри была обречена, Эви! – напоминает мне сумеречник. – Я оплошал. Знай, что за клеймо на ней, вернул бы девчонку назад. Рано или поздно, она нарушила бы клятву, а без неё взять с собой ее не могли. А Ланс… – мужчина сам тяжело вздыхает. – Мы так мало знаем о сделках душ у других. Мы можем только их принять. И защитить от вмешательства тёмных.

— Я знаю, знаю, – киваю я, тихонько всхлипывая. – Мне нужно время. Привыкнуть. Как я могла так прирасти к чужой девчонке? Зачем?

— Она не была чужая, Эви. Она вран, как и ты. Возможно, в ней ты увидела что-то от себя? Поэтому так захотела помочь. – Настойчиво протягивает мне деревянную миску маг. – Нужно есть, детка. Нам понадобится много сил завершить начатое.

И я ем, потому что маг снова прав. Потихоньку насыщаясь, успокаиваюсь. Но грусть и тяжесть на душе не становятся меньше.

Потом, в то время, что я прочёсываю волосы гребнем, шипя, когда его зубья дёргают сильно спутанные, скреплённые солью пряди, Амиран аккуратно сворачивает нашу одежду и обувь и убирает в свой мешок. Мой стал невесомым. В нём осталась полупустая фляга с водой, чистое бельё, одна рубашка, штаны и тёплый плащ с меховой подбивкой. Его я достаю, так спать будет мягче и теплее.

В мой мешок перекочевала и часть снеди, чтобы я не осталась голодной в случае чего: солёное мясо, сыр и сухари. Еда, которой не требуется стазис.

На дно убежища укладываем мой плащ, он мягче и теплее кафтана мага, а им хотим накрыться сверху. Рядом мы не замёрзнем.

Пожевав мятные пластины, устраиваемся спать, но заснуть не успеваем. Моё израненное сердце пускается вскачь, но теперь от дикого ужаса. Через плотный, непроницаемый для глаз туман, внутрь убежища проникает изуродованная тленом кисть. Вскрикиваю. Внутри каменного шара мой возглас звучит громче, отдаваясь от твёрдого свода. Я вижу оголённые кости с болтающимися на них ошмётками перегнившей плоти, тошнотворная вонь сразу наполняет убежище. Одной рукой зажимаю нос и пячусь назад, только бы отодвинуться подальше от этих тварей. Но уклон возвращает меня на дно шара. Хозяин кисти издаёт скрипящие вопли на высокой ноте, те тоже нарастают в замкнутой полости, вселяя слепое желание обернуться птицей и улететь. Мне хочется зажать и уши, только бы не слышать.

Когда я почти глохну от воплей умертвий и страха, рука наконец исчезает.

Туман, навешенный сумеречным магом, не только прячет нас от глаз нежити, но и жалит её. Я думала, мёртвые не чувствуют боли.

— У тебя случайно, нет вуали тишины с обратным действием? – немного переведя дух, спрашиваю я Амирана, и он в ответ низко смеётся. – Ну мало ли. Никогда не знаешь, на что ты способен.

— Нет, Эви, такой магии у меня нет. А туман работает как надо! Он причиняет нежити сильную боль, растворяя плоть и кости. Не пролезут. Они очень тупы, будут пытаться, но в итоге уйдут, – не теряя присутствия духа, твёрдо заявляет Амиран, уверенный в своей магии.

Мне остаётся ему поверить. Ещё в течение часа мы наблюдаем, как внутрь шара пытаются проникнуть разные части умерших тел. Приходится слушать мерзкий скрежет и ор, срывающийся на скрип.