Книга Вечерний изумруд, страница 143 – Иника Мин

— Разве ты не только помылся? Вот это чистоплотность.

— Как только увидел тебя в этой майке, мысли стали настолько грязными, что мне уже не отмыться никогда. – Он говорил в самые губы, почти целуя, но постоянно увиливая.

— Так и будешь мучить меня или все же трахнешь?

Довольная улыбка делала его похожим на породистого кота, который удачно напроказничал.

— Я хорошенько тебе задолжал, придется выложиться по полной, малыш.

Он наконец поцеловал меня. Затем стянул мешающую футболку и, подхватив меня на руки, унес прочь с кухни прямиком в ванную комнату.

Мстислав занес меня в тесную душевую кабину и с шумом закрыл дверцу за собой. Затем прислонил меня к прозрачной перегородке. Получилось грубо – он явно еле сдерживался, – но это завело меня еще больше. Он начал целовать меня, властно и напористо. Я даже не могла сделать вдох – лишь позволяла его языку вбиваться в рот. Его руки сжимали меня все крепче, он все сильнее впечатывал меня в перегородку. Я нащупала рукой вентиль и повернула. Капли холодной воды вылились на все еще влажную макушку Мстислава. Он вздрогнул, тихо выругался и отстранился.

— Какого черта?

— Ты обещал вымыть меня, а не вылизать. Я все еще в крови химер.

— Да плевал я… – Он снова приблизился, чтобы поцеловать, но я прижала к его губам ладонь.

— И презерватив.

Он что-то прорычал в мою руку, но отступил и выскочил наружу, едва не поскользнувшись на мокром полу. Ожидая его, я отрегулировала воду. Вернулся он быстро.

— Ты иногда так бесишь, ты знаешь?

— Знаю.

Он наклонил голову, растягивая уголки губ в хищной ухмылке:

— А что, если я разозлюсь слишком сильно?

Я повторила его ухмылку:

— Что ж, придется мне поглотить весь твой гнев, да?

Его ухмылка превратилась в оскал:

— Очаровательно, малыш. – Он потянул меня прямо под струю душа. – Что ж, раз обещал вымыть, надо держать слово.

Он снова впился губами в мои губы. Я не чувствовала его рук на себе, и это… немного пугало и заводило одновременно. С полки что-то упало, но он и внимания не обратил. Послышался щелчок крышки геля для душа, а следом холодная ладонь легла на мою грудь. Я чуть вздрогнула. Мстислав разорвал поцелуй, чуть отклоняясь назад:

— Стой смирно, малыш. Не хочу пропустить ни один сантиметр твоего тела.

Он снова грубо, напористо поцеловал. И начал неспешно растирать гель по моей коже. Медленно, слишком тягуче-медленно.

Когда он отстранился, я с досадой простонала. Что-то вязкое начало течь на мою макушку. Вздрогнув, я чуть не упала, но он поймал меня.

— Это гель. Я же сказал стоять ровно.

Мстислав с шумом отбросил в сторону бутылку геля и запустил длинные пальцы в мои волосы, сжал у корней, чуть оттягивая.

— Что-то не нравится?

Тихий стон сорвался с моих губ. Я покачала головой.

— Вот и славно. – Он улыбнулся, массируя кожу. Неторопливо, с наслаждением.

Мои глаза сами закрылись от его прикосновений. Я будто таяла.

— Тебе так нравится, когда тебя по голове гладят? – послышался смешок. – Ты вся течешь, когда я так делаю. Так умилительно.

Он чмокнул меня в лоб и отнял руки.

— Но, малыш, я сейчас взорвусь, если не трахну тебя. – Он снял с держателя душевую лейку и смыл с моих волос пену. – Я еще похвалю тебя, не сомневайся.

— Ты не все места вымыл.

— Ох, малыш, не сомневайся, я помню.