Книга Тень и Сверх, страница 44 – Любовь Белых

Словно в бреду я подняла руки, лихорадочно ощупывая его лицо.

Какова вероятность…?

Чтобы мне ни подсказывал разум, а голос жил своей жизнью:

— Стефан… — ещё раз повторила я, катая на языке послевкусие едкого дыма, что пришёл вместе с его именем. — Я… вернулась. — всё, что я смогла произнести. — Ты нашёл меня снова.

Что мне было сказать ещё? Что вместе с именем на меня нахлынули собственные сновидения, терзая запахами и чужими эмоциями? Что здесь и сейчас, конкретно в эту секунду я всем сердцем верила, что передо мной мальчишка из моего сна?

Нет, такое не объяснить. Даже себе, не то что постороннему человеку.

— Что ты сказала? — бледнея, рвано выдохнул он. — Сейчас же повтори!

Мужские руки скользнули вниз, на мгновение лишив меня поддержки и опоры. Лишь для того, чтобы в следующую секунду впиться сильными пальцами в мои плечи и хорошенько встряхнуть, постоянно требуя:

— Повтори! Повтори! Ну же, говори! Что ты только что сказала?

Возможно, я бы выполнила его просьбу. Только перед глазами заплясали языки пламени, а горло обожгло огнём.

— У неё паническая атака! — подал голос Бэнджамин.

— Что? Ты знаешь, что с этим нужно делать? — сквозь треск пламени донёсся голос темноволосого мальчишки.

— На моих глазах убили отца. Да, я знаю, что с этим нужно делать. Развяжи меня! Скорее!

Сознание то и дело норовило покинуть меня, удерживая нестабильный разум в не менее нестабильном теле. Одно лишь сердце грохотало так, будто в этом мгновение решило отсчитать все удары, отведённые на остаток моей жизни, за считаные минуты.

— Я не понимаю, она в себе или нет?! — прогремел Стефан, встряхнув меня с новой силой.

— Просто развяжи меня сейчас. Отпусти ты её! — воскликнул Бэнджамин.

...надо же мне было именно уцепиться за этот момент.

Собственно, оно и к лучшему. Одна реплика возвращала меня к предыдущей, снова и снова, пока мозг не сумел зафиксироваться на эмоциональной, но от того не менее лживой, фразе.

Пламя отступало, унося с собой запах дыма. Сумев вдохнуть воздух без намёка на гарь и жар, я зашлась в кашле, чудом успев схватить Стефана за руку.

— Не развязывай. — наконец-то смогла прохрипеть я.

Словно не веря мне или сомневаясь в моей адекватности, законник буквально заметался на месте:

— Почему?

Нехотя, пришлось признать:

— Он лжёт. Его отца убили ваши. Сбросили с каньона. Мальца там не было.

Воцарилось молчание, нарушаемое лишь моим сбивчивым и громким дыханием. Стефан не отошёл от меня ни на шаг. Обнимал так, будто между нами не лежала целая пропасть.

— Зачем ты солгал?

Понимаю, что вопрос был адресован не мне. Я не могла ничего с собой поделать. Подняла голову и всмотрелась в до боли знакомые черты лица, отмечая живую мимику.

— О, ты очень скоро об этом узнаешь! Вы все узнаете! — злобно выплюнул Бэн, скосив взгляд в сторону многоэтажек.

Какое-то шестое чутьё, что-то почти реальное, зудящие между лопаток, толкнуло меня на Стефана, уронив и его, и себя заодно.

— Лежи. — выдохнула я, не зная, то ли ругать себя за  осторожность и необъяснимое предчувствие опасности, то ли хвалить.

Секунды бежали вперёд, а ничего не происходило. Если не считать громкого мужского дыхания что, щекотало моё ухо, и горячих пальцев, которые немыслимым образом оказались на моей пояснице, обжигая кожу.