Книга Тень и Сверх, страница 65 – Любовь Белых

Милаха. Чёрная, лохматая шерсть и всегда торчащее правое ухо, что и стало прямой причиной его клички, придавали детёнышу хищника придурковатый вид. И это, мрак побери, очень мне нравилось. Он особенный. Я чувствую это.

— Давай-давай просыпайся. — продолжала вести разговор я. — Сейчас привал будет. Будем есть. По такой жаре весь наш провиант скоро испортится. Хочешь молочка, Ухо?

Глава 28

Вот уж о чём я никогда не могла подумать, так это о том, что буду грабить собственный дом.

Мраковые перчатки! Ничего, когда-нибудь я узнаю, как вас самой снять!

— Тихо-тихо, Ухо. — зашипела я, шикнув на своего питомца. — Уже уходим, уходим…

Гончие меня раздери, вот это я убила собственную репутацию! Загубила на корню!

Сколько моей экономке в годах — Ирэн Солджерс, понадобится времени, чтобы обнаружить пропажу хозяйского золота и опустевших шкафов? День или два? А сколько понадобится времени законникам и наёмникам, чтобы понять, кто хозяйка дома, что профессионально обнесли?

Тень ограбили. Призрака обворовали. Элитная наёмница не смогла позаботиться о собственном доме.

...позорище!

— А знаешь, нет, — свесив ногу из окна второго этажа, я обиженно проговорила, — Мы немного задержимся.

Ухо пискнул в сумке на моём животе, что я уже наловчилась носить как рюкзак, только задом наперёд, и затих.

Правильно. Со мной спорить бессмысленно. Особенно когда на кону моя репутация.

Забравшись обратно в собственную спальню, я на ощупь нашарила карандаш на столе. Оставалось ещё найти на чём оставить записку для экономики, чтобы та не поднимала шумиху.

Это оказалось сложнее. Бумаг у меня не водилось от слова совсем. Книги было откровенно жалко. В итоге моя стена у изголовья кровати, аккурат под седлом, сгодилась для не короткого послания:

«Отбыла по делам. Золота тебе хватит месяца на три. Когда вернусь, не знаю. Ирэн, ты храпишь, как стая голодных гончих! Рассчитай Рона. Из него охранник, как из меня благородная дама! Найми нового. Добавь в свой список покупок бумагу и положи в мой стол, пожалуйста.»

С чувством выполненного долга я опять полезла в окно, куда немногим погодя вылетели собранные мной вещи.

— Чуть вся жизнь под откос не пошла, Ухо. — выдохнула я, отпустив руки с подоконника.

Благо домик у меня хоть и двухэтажный, но совсем невысокий. После перелома, я уже не рискую ни прыгать с высоты, ни обзаводиться новым. Не то чтобы нога меня беспокоила, просто…

Мне не понравилось быть такой. То ли беспомощной, то ли ограниченной. Иногда мне казалось, что у меня появилась вторая фобия, помимо воды — покалечиться настолько, что не будет возможности о себе позаботиться. Аж зубы скрипели и скулы сводило, стоило вспомнить своё пробуждение во дворце и нападение арбалетчиков. Тогда всё казалось проще. Мрак, это же перелом, это естественно. Я не могла ничего сделать и помочь себе, хоть и старалась не падать духом. Зато сейчас я могу стараться избегать лишних рисков, чтобы вновь не возвращаться к костылям, а то и ещё чего похуже.

Не думаю, что этот период в моей жизни продлится долго, но на данный момент я стараюсь избегать опасности и не лезть на рожон.

...во всяком случае, пока не доберусь до Иги, а там уже как получится.

Решение, не расслабляться и не сбавлять темп, пришло неожиданно. За два дня дороги я поняла, что щенок — не такая уж и большая морока, а я теряю решительность. И это дорога. Если бы я прибыла в Урюк не под покровом темноты и не Тенью пробралась в собственный дом, я попросту потеряла бы не только время, но и уверенность в себе. Разумеется, это если предположить, что я избавилась бы от перчаток.