Книга Авдей. Дитя хаоса, страница 157 – Анастасия Понамарёва

— У меня там свои дела. — Уклончиво ответила я.

— Понятно. Это связано с эмоциональной привязанностью к месту происхождения? С тем, что люди называют «ностальгией» или «тоской по дому»?

Я вздохнула. Объяснять машине...

— Да, можно и так сказать. Мне нужно... закрыть один гештальт.

— Гештальт — психологический термин, означающий... — начал было ТИТР.

— Я знаю, что это значит! — оборвала я, но без злости. — Мне нужно завершить что-то незавершённое. Попрощаться.

— Понял. Как похороны. Ритуал прощания с умершим для принятия факта смерти и возможности жить дальше.

Я задумалась.

— Да, ТИТР. Что-то вроде того. Только хоронить мне придётся целый мир.

— Это займёт много времени. — Констатировал ИскИн.

— У меня его достаточно.

Однажды ночью — условной, ибо в прыжке время было абстрактным понятием — меня разбудил тихий звук. Я спала чутко, как и всегда, и мгновенно была на ногах с бластером в руке.

— ТИТР? Что это?

— Это я. — Раздался его голос. — Вы издали звук, указывающий на страдание. Я активировал аудиоконтакт.

Я опустила оружие. Я и правда кричала во сне. Опять тот же кошмар. Преследование. Красные глаза даверсов.

— Не делай так больше. — Прошептала я. — Не... не следи за мной так пристально.

— Принято. Извините за вторжение в ваше приватное пространство. — В его голосе впервые появился оттенок чего-то, похожего на искреннее сожаление, запрограммированное или настоящее — я не знала.

— Ничего. — Я села на койку, проводя рукой по лицу. — Просто... дурной сон.

— Хотите поговорить об этом? Анализ показывает, что вербализация тревог может снизить их интенсивность.

Я почти рассмеялась.

— Нет, ТИТР. Спасибо. Не хочу. Просто... включи какой-нибудь фоновый шум. Статику. Белый шум.

— Включаю.

В кабине появилось тихое, успокаивающее шипение, словно от далёкой радиостанции. Это помогло.

Я легла обратно и долго смотрела в потолок, слушая этот искусственный шум и ровное дыхание своего корабля. Думала о Лиане. Спасла ли я его? Или просто отдала другой системе, которая сделает из него винтик в своей машине, как когда-то сделали со мной?

Нет. Тальвы были другими. Они позаботятся о нём. У него будет шанс.

А у меня... у меня был шанс закрыть своё прошлое. И возможно, всего лишь возможно, найти что-то, что ждало меня там, на Земле. Не среди руин, а внутри меня самой.

Я повернулась на бок и закрыла глаза, слушая, как ТИТР тихо отсчитывает секунды до конца прыжка. Путь домой был долгим. Но впервые он не казался мне дорогой в никуда. Это был путь к себе.

---

Монотонный гул гиперпространства стал фоном, в который вплетались ритмичные удары груши в тренажёрном отсеке. Я выкладывалась по полной, заставляя мышцы гореть, а сознание — отключаться от навязчивых мыслей. Капли пота катились по спине, дыхание было ровным, но тяжёлым. Я отрабатывала комбинации ударов, доводя движения до автоматизма. Тело помнило всё, чему меня учили, — каждый блок, каждый выпад, каждый подлый приём, предназначенный для убийства, а не для спорта.

— Ваши показатели сердечного ритма приближаются к красной зоне. — Раздался спокойный голос ТИТРа. — Рекомендую снизить интенсивность или сделать перерыв.

— Закрой... рот... ТИТР. — Выдохнула я между ударами. — Я... сама... решаю.

— Как пожелаете. Просто выполняю протокол заботы об операторе.