Книга Качели смерти, страница 70 – Котаро Исака

Нас быстро обогнал автомобиль – и вклинился перед нами. Та же модель – новейшая «Мьюз», – но черного цвета.

— Ах, ты убрал руки… – сказала мама, но ее слова тут же оборвались.

Все случилось неожиданно. Огромная невидимая рука толкнула меня в плечо, и мое зрение померкло. Когда я смог открыть веки, мир вокруг меня быстро вращался. Мое тело было вдавлено в сиденье, я не мог пошевелиться из-за центробежной силы и не мог говорить. Посмотрев в сторону, увидел, что глаза и рот сестры тоже широко распахнуты. Казалось, что мы прокрутились десятки раз, как неуемный волчок. В новостях, которые я смотрел позже, сообщили, что автомобиль перевернулся пять с половиной раз. Одна из установленных на автостраде камер засняла это. После пяти с половиной оборотов машина врезалась в ограждение на обочине и отскочила в обратную сторону. Мою сестру, не пристегнутую ремнем безопасности, выбросило из машины.

Следующим, что я увидел, был потолок больничной палаты.

Мне не сразу сообщили, что мои отец, мать и сестра погибли на месте, но я догадывался об этом, пока проходил реабилитацию в больнице. Персонал больницы вел себя подозрительно, когда речь заходила о членах моей семьи, а бабушка с дедушкой много плакали, когда приходили навестить меня. Даже третьеклассник мог с легкостью обо всем догадаться.

Реабилитация была очень трудной. Я смог выдержать ее благодаря врачебной помощи и поддержке медицинского персонала. Но самым трудным оказалась не реабилитация, возврат контроля над собственным телом или потеря семьи.

А другое испытание.

* * *

Я был учеником начальной школы, поэтому не принимал участия в дальнейших судебных разбирательствах. Обо всем, включая страховые выплаты, позаботились мои бабушка и дедушка. Они были добрыми, любящими и надежными, хорошо обеспеченными, поэтому, вероятно, и для них, и для окружающих стало полной неожиданностью то, что конфликт был настолько ужасным, а судебное дело – затянувшимся. Ситуацию усложнял тот факт, что в программе автопилота была найдена ошибка, а ближайшая к зоне обслуживания камера была полностью уничтожена во время аварии. Наше положение ухудшилось еще и из-за того, что бабушка с дедушкой часто поддавались эмоциям и были не способны принимать рациональные решения. Они постоянно распалялись и начинали говорить без умолку, всячески обвиняя другую сторону. Они оскорбляли, обвиняли и требовали извинений.

К моему удивлению, вторая сторона была в том же положении. В черном автомобиле находилась семья из четырех человек. Выжил только один мальчик. На месте ужасной аварии в живых остались два школьника, в одно мгновение лишившиеся своих семей… Кроме того, в суде на стороне другого мальчика также выступали его бабушка и дедушка.

Они вели за нас войну по доверенности.

Тогда я понятия не имел, какое это тяжелое испытание, сделавшее из моих бабушки и дедушки, отличавшихся мягким нравом, настоящих демонов, но молился о том, чтобы этот кошмар поскорее закончился.

Однажды дедушка сказал:

— Я улажу это дело, даже если оно меня уничтожит.

Он справедливо желал отомстить за семью своего сына, однако его одержимость была пугающей. В итоге судебное разбирательство зашло в тупик. Все четверо взрослых – бабушки и дедушки с обеих сторон – умерли один за другим от неизвестных болезней.