Книга Потерянное эхо, страница 157 – Фарха Таннба

— Да, имеет, — отчеканила Рубидия, и вслед за ней кивнула Тидесбала, зазвенев своими украшениями.

— Ложь, — обжёг её вердикт, заставивший судью чуть заметно нахмуриться. — Ваша теория не имеет доказательств, признанных коллегами.

Золотой майстер в своей золотой повязке и церемониальной мантии больше не удостоил Рубидию взглядом. В его голосе не слышалось ни страха, ни удивления, ничего, лишь скука человека, который столкнулся с досадной помехой и теперь не может из-за неё выполнить опостылевшую работу.

Иссаэль ведь тоже умеет так играть, золотых магов учат управлять собственными эмоциями и демонстрировать лишь те, что необходимо показать, вызвав у объекта воздействия нужные мысли и воспоминания.

— Истина, — почти синхронно откликнулись Гессе и Танненхольц из зала, переглянулись, и Танненхольц вновь поднялся со своего места, любезно подал руку золотой майстерин, а затем они оба спустились к судейской коллегии и встали напротив Рубидии. Прикованному Эрсину они почти не уделили внимания, лишь Гессе на миг скользнула по нему взглядом.

— Истина, хоть и субъективная, но она всё равно заслуживает рассмотрения. От имени Золотой коллегии мы обязаны удовлетворить прошение майстерин Гаусс, которая столь любезно напомнила нам о наших собственных традициях. Расхождение мнения независимых наблюдателей с мнением судебного мага дискредетирует всю коллегию, поэтому мы вынуждены вмешаться, — холодно пояснил Танненхольц, — Столь грубое нарушение не позволяет коллегии признать этот и все будущие ответы судебного мага без утверждения триумвиратом.

— Ваше мнение будет учтено. Займите положенные триумвирату места, — чуть помедлив, согласился судья, и Гессе с Танненхольцем поднялись к своему коллеге, сели по обе руки от него, не столь церемониальными, но такими же равнодушными безликими тенями в золотых повязках.

Не стоило судебному магу столь явно проявлять свою заинтересованность и пытаться играть на сомнениях и недосказанности в речи и мыслях Рубидии. Не после того, как она привлекла внимание наблюдателей. Коллегии предпочитают не подставляться так глупо, и Золотая не исключение. Им не нужен шум, особенно если дело очевидно требует политически верного, но явно несправедливого решения. Золотая коллегия просто-напросто не может позволить себе участие в скандале, и для Рубидии это шанс.

— Продолжайте, майстерин, — разрешил ей судья со скрытым недовольством. Отчасти алая майстерин его понимала: процесс, который должен был стать хорошо отрепетированным спектаклем, всё больше превращался в балаган, и случилось это именно из-за них с лисентирин. При этом суд ещё и обязан был выслушать возражения майстерин после заступничества золотых магов.

— Для того, чтобы узнать, что на самом деле произошло во время Нердинского сражения, мной было изучено эфирное эхо с крыльев адмирала Илаи… — майстерин чуть помедлила, рассуждая, стоит ли говорить об эхе с кулона, ведь полученная из него информация была скорее личной, а не полезной для дела, — захваченных телимскими военными в Сильте.

— И откуда у вас эти крылья? — Рубидия чувствовала, что всё внимание сейчас приковано к ней, и даже стоящая рядом Ут-Кызы как будто оказалась в тени своей майстерин. И золотые маги, и судьи, и зрители смотрели только на майстерин Гаусс — кто-то с интересом, кто-то с раздражением, а кто-то безразлично. Отступать ей было некуда. Непроизвольно ища поддержки, она обернулась к Эрсину и чудом поймала его невыразительный взгляд. Лицо авиара оставалось бесстрастным, но сейчас он смотрел ей прямо в глаза, пересиливая себя и не отворачиваясь, а потом чуть заметно кивнул.