Книга Мы сотрем ваше прошлое, страница 132 – Анита Гамильтон

Люси хотела возразить, что можно было просто сказать «я жива», но аргумент уже не казался таким безупречным, как десять минут назад. Если Лоренцо действительно пришел за флешкой, Эл сделала именно то, чему всю жизнь учила внучку: сначала выбралась из опасного места, потом начала разбираться, почему оно стало опасным. Только обычно речь шла о газе, проводке и подозрительных пятнах на потолке, а не об итальянцах под окном.

— И два с половиной дня вы разбирались?

— Два с половиной дня мы пытались понять, почему Лоренцо понадобилась вещь, которую твой жених зачем-то спрятал в твоем пиджаке.

— Пудровом. И он мне не жених. — машинально поправила Люси.

— Это сейчас важно?

— Он был дорогой и его больше нет.

— Господи. Сноу тебя испортил.

Генри тихо хмыкнул.

Фрэнк открыл ноутбук и развернул его к остальным.

— «Лаванда» дала доступ к файлам. Проблема была не в том, чтобы их открыть, а в том, чтобы понять, на что смотреть. Там годы сделок, счета, компании, порты, склады, страховки, юристы. Потом Эл дала имя.

— И мы начали с Лоренцо, — сказала Эл.

На экране появился старый отсканированный документ. Люси пришлось подойти ближе; Генри сделал то же самое. Его пальцы случайно коснулись тыльной стороны ее ладони и сразу отступили.

Раньше Генри не убрал бы руку.

Люси заметила это с неприятной точностью и заставила себя смотреть на экран.

— А теперь посмотрите, чей это документ, — сказал Фрэнк.

Моретти.

Дальше все стало сложнее. Фрэнк с Эл уже успели разложить найденное по годам и компаниям, но даже в таком виде перед Люси тянулись таблицы, выписки и регистрационные документы, созданные людьми, искренне ненавидевшими человеческое зрение. Генри ориентировался в них быстрее. Он просмотрел несколько страниц, вернулся к первой, открыл другую папку и наконец перестал листать.

— Лоренцо работал на Моретти.

Стью наклонился к экрану.

— Кем?

— Судя по этому — занимался структурированием активов и посредничеством. Здесь сделки с недвижимостью, здесь логистика, здесь управление долями. Его имя исчезло несколько лет назад, но часть людей и компаний остается.

Фрэнк кивнул и открыл подготовленную схему. Несколько названий Люси уже слышала от Генри, другие видела в бумагах по портам, но только сейчас все сложилось в пазл. Старые активы Моретти переходили из рук в руки, дробились между компаниями, меняли владельцев, а потом один за другим начинали появляться в сделках Snow & Co.

— Вот это уже твое, — Фрэнк указал на одну из строк.

— Бруклин, — ответил Генри.

— А это?

— Терминалы.

— Это?

Генри задержался дольше.

— Роттердам.

Люси посмотрела на названия компаний и даты. Отдельно они ничего не значили. Вместе начинали раздражать так же, как на работе раздражала идеально отмытая поверхность посреди грязной комнаты: кто-то приложил слишком много усилий именно к одному месту.

— Бьянки были нужны для Бруклина, — сказала она.

Генри посмотрел на нее.

— Для одобрения всей американской части. Без старых семей переход активов Моретти мог закончиться конфликтом.

Люси вспомнила Саратогу. Трое пожилых инвесторов, Сесилия, Лоренцо с виски.

— Ты получил согласие Бьянки, закрыл Роттердам и собрал все под собой. А Лоренцо все это время был рядом.

— Он направлял сделки. — произнес Генри.

Фрэнк постучал пальцем по экрану.