Онлайн книга «ЭКТАБОН. Теория Хаоса. Том I»
|
* * * «10:02» Детектив продолжал рассматривать тетради хозяина кафе, пока не наткнулся на рисунки: карандашным грифелем было изрисовано несколько страниц. Абстрактные рисунки спирали, напоминающие воронки. Зарисовки словно затягивали внутрь. А в другой тетради находились странные записи имён, среди которых были такие: Кейт Локфилд, Адам Олдри, Фэйрис Энтроус и Петро Клаурс. Имя дочери Харрисона Локфилда было обведено овалом. Детективу показалось это хорошей зацепкой. Гловер в спешке взял все тетради в одну кучу под руку, даже те, что ещё не успел осмотреть. * * * Спешно выйдя из кафе, детектив, получивший карт-бланш от сержанта, отдал приказ одному из патрульных, стоящих возле служебного седана, прямо за его Лэнд Ровером. — Свяжись с диспетчером. Фредерик Миллс, владелец заведения. Объявить в розыск по всему Эктабону и передать ориентировку патрулям. Подозревается в убийстве и похищении детей. И пусть пробьют его по Национальному компьютеру — мне нужно знать, если он попытается покинуть округ, — быстро отдал указания он, проходя к своему внедорожнику и кидая бумаги и тетради на заднее сидение. — И ещё! Опечатайте кафе, когда криминалисты закончат. — Уже передали, сэр. — Так держать. Пусть докладывают мне в стол напрямую. — Есть! * * * «10:20» — Миллс? Что за хрень? — проговаривал детектив, давя педаль газа. В его голове всё никак не укладывались последние события этого дня. Впрочем как и вчерашнего. Дождь усиливался, стуча по крыше автомобиля, в салоне которой возвысилось ощущение приближающейся трагедии. Думать о том, что старик Миллс мог что-то подобное совершить, он не мог. Абсолютно. Последний светофор на выезде из города. Перекрёсток. Серые силуэты людей на переходах. Автомобили, проезжающие мимо и сигналящие где-то вдалеке. Зелёный свет. Проезжая мимо мотеля с закусочной, что был прямо на выезде, Гловер пустился в полное состояние непринятия. А доехав до знака «Добро пожаловать в Эктабон!», на надпись «Доброго пути!» которого он смотрел, остановился на обочине, включив аварийные огни и заглушив двигатель. Взял одну из тетрадей Миллса. Вновь имена пропавших детей. — Почему одно вычеркнуто? — проговорил почти шёпотом Гловер, обращаясь в пустоту. — Что она знает? Посмотрев в сторону знака, где по словам мистера Локфилда была найдена его дочь, он попутно взял следующую тетрадь, из которой тотчас выпало пару снимков. И кое-что ещё. Прямо на пассажирское сиденье скользнула фиолетовая банкнота. Гловер нахмурился. Он отложил фотографии — снимок жутких, несуществующих руин у реки Эктабона и кадр огромного скрытого в лесах карьера, вырытого прямо посреди леса. Взгляд приковала купюра. Детектив потянулся к ней и замер, как только пальцы коснулись поверхности. Это была не бумага. Материал был абсолютно гладким, скользким и неестественно тонким. Словно… пластик? Гловер поднёс двадцатифунтовую купюру к тусклому свету плафона в салоне. Она была меньше стандартной двадцатки, но качество печати поражало воображение — линии были настолько чёткими, будто их выжгли лазером. Прямо в купюре зияло большое прозрачное окно. Настоящее окно сквозь материал, внутри которого переливалась золотом и синевой странная фольга, меняющая рисунок под разными углами. Ни один фальшивомонетчик в мире не смог бы создать ничего подобного в 1980 году. Это была технология, которой просто не существовало. Гловер перевёл взгляд на портрет монарха. Елизавета II смотрела на него с фиолетового пластика, но её лицо… Оно было испещрено старческими морщинами. Это была королева, постаревшая на десятки лет. Пальцы детектива, привыкшие держать холодную сталь револьвера и окурки, задрожали. Он попытался надорвать край купюры, но упругий материал даже не поддался. |