Онлайн книга «Погоня за судьбой»
|
По моей просьбе бородач без лишних вопросов выгрузил подробнейшую карту местности и расписание поездов, и теперь я имела полное представление о том, где мы находимся. Поблагодарив продавца, я вышла из магазина и взобралась на гравицикл. Под завистливые взгляды мальчишек и напряжённые — людей постарше, завела двигатели, сделала небольшой круг над посёлком, потянула на себя руль и взмыла ввысь, в направлении корабля… Глава XVI. Запах денег … — Слишком медленно! Давай ещё! Рамон в стойке стоял напротив меня, готовясь отразить удар. Он явно сдерживал себя, словно сжатая стальная пружина. Дай только волю — пружина разожмётся, и тогда лучше не попадаться ей на пути… А я делаю движение — и моментально оказываюсь на земле. Рамон, словно тигр вокруг добычи, нетерпеливо обходит меня и орёт: — Полный шаг, подшаг к ноге — и бедром докручиваешь! Поехали заново! Вскакиваю, делаю выпад — но механика и живая плоть ещё не спелись — протез пошёл слишком быстро, и меня развернуло, как куклу. Рамон молниеносным движением уворачивается и оказывается позади меня. — Доворачивай бедро! Таз — бедро — и докручивай! Ещё один выпад — он отбивает мой удар, и я снова лечу на усыпанную опавшей хвоей землю. Секунда бессильного, подавленного гнева — того, что поначалу сдавливал грудь… и, протянув руку, Рамон помог мне встать. Уже совершенно изменившимся, спокойным голосом он произнёс: — Ты вложила импульс в протез, а корпус бросила. Тебя разворачивает инерцией железа, а должно — вдоль оси тела. Почувствуй центр. — Он пристально смотрел мне в глаза. Потом кивнул — скорее себе, чем мне, и добавил: — Отдохни пять минут и подумай над своей ошибкой. Потом продолжим. Я села на пенёк и жадно припала к горлышку полупустой бутылки с водой. Пот струился по телу ручьями, дыхание было тяжёлым и порывистым, от жары кружилась голова. Болело всё тело — каждая мышца, каждый сустав горели огнём. Кроме механических рук и ног, которые не знали ни боли, ни усталости, оставаясь безразличными к агонии плоти. Только они всегда, каждую секунду были готовы к любому повороту событий… — Когда ты бьёшь, — сказал Рамон, появившись, будто из ниоткуда, — тебя несёт, как пушечное ядро. Пока ты летишь, ты неуправляема, а бой — это контроль. Понятно? Теперь кивнула уже я. Вопросов не было — было лишь то, что можно наработать упорными тренировками… С того момента, как я вышла из больницы, прошло почти четыре месяца. Семь дней в неделю каждое утро я исчезала из дома и появлялась только под вечер. Уходила затемно и возвращалась затемно — а Марк шутил, что скоро я переселюсь в лес и буду жить с Рамоном в берлоге. Я собирала себя заново — преодолевая боль, целыми днями бегала, прыгала, подтягивалась, отжималась и метала снаряды, обучая биологическое тело гармонии с механикой. Тело было расходником — а я собирала оружие. Рамон гонял меня до отказа, а потом ещё немного — ровно настолько, чтобы я научилась действовать за гранью усталости. Бег с полной выкладкой, подтягивание на одном протезе до хруста в плече, плиометрика для взрывной силы… На второй месяц мы стали уезжать далеко на север, в обширный подлесок, с ночёвками под открытым небом, где Рамон, не щадя ни меня, ни себя, гонял меня по заброшенному лесному массиву и учил всему, что только может быть. Метание ножей, стрельба с двух рук, перезарядка вслепую… Я училась чувствовать габариты нового тела — уходить из сектора обстрела, перекатываться, вставать из положения лёжа без помощи рук — как учили в десантных подразделениях Космофлота. |