Книга Погоня за судьбой, страница 480 – Ди

— Всё нормально, шеф?

— VETE DE AQUI!!! — взревел Альберт Отеро.

Когда дверь закрылась, он смерил меня испепеляющим взглядом и процедил:

— Не забывай, смерть, что я дал тебе всё! Всё, что у тебя сейчас есть — это благодаря тому, что я вскрыл твои убийственные таланты! А теперь — проваливай!

Ярость, едкая и раскалённая, сдавила грудную клетку. Я закричала ему в лицо, и голос сорвался на визг:

— Всё, что у меня есть — это горсть пепла!!! Пепел — всё, что я научилась создавать благодаря тебе!

— Ну так лети по ветру следом за ним!

Мне было нечего терять — всё уже было потеряно. Я вытянула руку, плазмер отщёлкнулся, и ионный резонатор застыл в полуметре от лица Альберта. Тот даже глазом не моргнул.

— О да, ты привыкла решать все вопросы силой, — прозвенел его ледяной голос. — Рассчитываешь, что и сейчас прокатит? Мне придётся тебя разочаровать.

В горле застрял ком, а Альберт пристально смотрел мне в душу чёрными, колючими глазами. Я испепеляла профсоюзного лидера взглядом, в котором клокотала вся накопленная за годы ненависть, и тяжело дышала, никак не решаясь выстрелить.

«А ведь он прав», — подумалось вдруг. — «Смерть постоянно бродит вокруг меня, собирая кровавую жатву из тех, кто имел неосторожность приблизиться… Или… я сама и есть смерть…»

Я хотела, чтобы он испугался — испугался смерти… но он не боялся. А мне нужно было хоть куда-нибудь выстрелить.

Резко обернувшись, я навскидку прицелилась в чучело рипера, и один за другим сгустки плазмы с хлопками посыпались в несчастную зелёную тушу. По комнате полетели куски чешуи и ошмётки деревянной облицовки, вспыхнула занавеска на окне. Дверь распахнулась, на пороге показались пара вертухаев с пистолетами наготове, и тут же взяли меня на мушку.

Альберт вскинул руку и скомандовал:

— Не стрелять! Лучше сгоняйте за огнетушителем, да побыстрее! А она — пусть себе идёт куда хочет.

Опустившись в кресло, он исподлобья процедил:

— Девять часов и пятьдесят пять минут.

Я развернулась и стремительно покинула помещение, напоследок грохнув дверью так, что задребезжали стёкла. И шаги мои звучали в пустоте — в тишине изгнания. Там, за этой дверью, осталась вся моя прежняя жизнь — кривая, кровавая и… чужая…

… Оседлав «Хускварну», я производила последнюю проверку снаряжения. Все застёжки были туго подогнаны, бронежилет сковывал грудь. В подсумник были уложены несколько магазинов и пара гранат. В двух кобурах под мышками — компактные пистолеты-пулемёты с глушителями, а на поясе — моя верная катана с двадцатью девятью насечками. Хорошо, что я оставила её там, на месте ночлега — возьми я её с собой на заброшенную взлётку, вероятнее всего, пришлось бы попрощаться со стальным напарником навсегда. Как с Элли Стилл…

Нагнувшись, я закатала штанину, нащупала углубление и надавила на него пальцем, как учил меня Рамон. Из паза показалась небольшая капсула, и я осторожно, чтобы не пролить ни капли, выдавила туда заготовленную ампулу. Защёлкнув резервуар, заправила штанину в армейский полусапог и выпрямилась.

— До цели одна минута, — протрещал в наушнике дядя Ваня. — Лиза, готовься на выход. Твой клиент вышел из машины и поднимается на крыльцо.

— Я готова, как никогда. — Надвинув на лицо чёрную маску хищного насекомого, я взялась за штурвал гравицикла.