Книга Погоня за судьбой, страница 548 – Ди

Собрав вещи и переодевшись в привычные джинсы, военные ботинки, лёгкий джемпер и забросив за плечо тёплый пуховик, я стояла у окна и смотрела вниз, на приближающееся серо-белое одеяло земной поверхности. Гермостворка окна начала движение, закрываясь — корабль входил в плотные слои атмосферы, и по корпусу пошла заметная вибрация.

Я взяла свою небольшую сумку, вышла в коридор и нос к носу столкнулась с доктором Кляйн. Сверкнув полными ненависти глазами, она обогнула меня и устремилась в сторону лестницы, а я, чуть погодя, крадучись последовала за ней и вскоре оказалась возле двери в лазарет. Из помещения раздавалось пиликанье аппаратуры и взволнованный голос Феликса Кардено:

… — Где ты была?! Почему оставила пациента?!

— Я всего-то на пять минут отбежала… Он что, уже отключился?

— Видишь? Это не гибернация, сигнатуры нулевые. «Когнос» не отвечает — совсем. Что теперь будешь делать?

— Юмашева с нас шкуру спустит… Может, взбодрим его шокером?..

Я решила не попадаться бывшим коллегам на глаза и вернулась к лестнице. Если даже секретная команда и была способна выдернуть андроида из его текущего состояния, я знала — он бы этого не хотел.

Несколько десятков шагов — и я возле каюты Софи. Занесла руку, чтобы постучаться и… передумала. «Ненавижу прощаться», — думала я, тихо отступая от двери. — «Это изматывает и опустошает душу… и уж тем более не хочу прощаться с ней после того, что между нами было. Тихо прошмыгнуть и скрыться — вот, что я обязана сделать. Она, конечно, огорчится, но лучше так, чем в последний раз смотреть в эти бездонные глаза. Как там пелось в песне… Дорога — мой дом, и для любви это не место…»

Я спустилась в грузовой отсек, чтобы оттуда попасть в переходный шлюз. В грузовом ангаре никого не было. Пристегнувшись к сиденью в круглом помещении, я поглядывала на информационное табло, отображавшее обстановку за бортом — температуру, давление, сокращавшиеся числа расстояний до поверхности земли и до точки назначения.

Когда до места оставались какие-то полсотни километров, шлюз распахнулся, и на пороге предстал Василий. Одетый в свою чёрную аскетичную форму офицера Конфедерации, с рюкзаком на плече, он завидел меня и приветливо улыбнулся. Я же удивилась столь неожиданной встрече и спросила:

— Ты тоже сваливаешь?

— Конечно, — усмехнулся он. — А ты думала, меня завербовали? Я тут вообще на птичьих правах был — исключительно, пока шла эта ваша… экспедиция.

— И что теперь будешь делать?

Он почесал в затылке.

— Вернусь домой, в Мурманск, а там видно будет. Натаскался я по галактике, насмотрелся на далёкие миры, теперь пора и отдохнуть. — Он уселся, пристегнул ремень и принялся потирать руки, словно в предвкушении. — Осяду, садоводством займусь… Давно, знаешь ли, мечтал теплицу поставить. А когда меня в этот «ящик» перевели руководить взводом оболтусов, Сяодан меня постоянно дразнил своими изобретениями… Подлец то цветок какой сочинит, то кустик вскормит, а потом ехидно так: «Василий, коллега-садовод, вам нравится?» — писклявым голосом Василий передразнил Шена, и я прыснула со смеху. — Как же я его порой, скотину, придушить хотел да в грядку закопать — сил нет!

— Да, Шен тот ещё фрукт, — улыбаясь, протянула я. — У него талант, который он просиживает в какой-то дыре. Ты же видел светящиеся цветы его разработки? На этом же можно сколотить состояние!