Онлайн книга «Бесконечный дом»
|
К моему ужасу, Хелен рухнула на колени и принялась раскачиваться вперед-назад, зажав уши ладонями и бормоча, что хочет домой. Я оглянулся на переднюю дверь – и если был потрясен и напуган лицом женщины за окном, то теперь напрочь оцепенел. Не из-за маски ужаса на лице Дикарки, упиравшейся спиной в дверь, чтобы не дать ей открыться, а потому, что дверь приоткрылась от громкого удара и в щель просунулась рука. Рука, но отнюдь не людская. Тонкая, длинная и почти прозрачная,– натуралист мог бы назвать ее насекомообразной, – но, вне всяких сомнений, именно рука, потому что оканчивалась она кистью, такой же изящной и полупрозрачной, но все-таки кистью со смахивающими на спицы пятью пальцами, вплоть до противостоящего большого. Кошмарная конечность согнулась в локте, и ладонь хлопнула по двери изнутри. Пошарила снова и на сей раз уцепилась за волосы блондинки, стиснув их в кулаке. Дикарка завизжала, отбиваясь обеими руками, а дверь у нее за спиной сотрясалась от ударов снова и снова, грозя открыться еще больше, чтобы дать жуткой твари возможность протиснуться. — Прячьтесь! – крикнула Дикарка, указывая куда-то мимо меня. А я просто стоял, парализованный ужасом, таращась на невероятное зрелище, как будто посторонний наблюдатель чужого сна. — Туда! – указала она. – Туда! Я наконец обернулся, думая неспешно и спокойно: «Она рехнулась, – а затем, все так же медленно, но уже совсем не спокойно: – Нет, Джо, это ты рехнулся», – и понял, что она указывает на большую черную печь. Чтобы уразуметь смысл увиденного, мне потребовалось долгое тягучее мгновение, но осознание тут же вернуло мне рассудок. Вздернув Хелен на ноги, я потащил ее за собой к печке. Ведьма у передней двери – я всегда считал, что ведьмы расхаживают в остроконечных черных шляпах и черных платьях, но ничуть не сомневался, что кем бы ни была эта тварь, в первую очередь это ведьма – заверещала скрипучим голосом, воистину как у старой хрычовки: — Вы ели мои грибочки, вы, грязные мелкие крысы! Вы не имели права! Не имели! Подбежав к печке, я рывком распахнул тяжелую дверцу – она оказалась пятиугольной – и заглянул в ее чугунное брюхо. В ее глубине обнаружился ствол шахты, уходившей в чернильную тьму. — Залезай! – велел я Хелен. Зажмурив глаза и снова зажав уши ладонями, она яростно затрясла головой. — Дверь пятиугольная! Пять сторон! Пять! – и все трясла она головой. — Там тоннель… Передняя дверь с грохотом распахнулась. Я не оглянулся, не желая видеть нечто, ворвавшееся в дом. – Пошли, Хелен… — Я не полезу в печь! – причитала она. – Она ее зажжет! Она зажарит нас живьем! «Страх может спасти тебе жизнь, но может и заставить тебя вытворять лютую дичь». Чертовски верно, может. Ухватив Хелен за шиворот и пояс джинсов, я швырнул ее в печь головой вперед… * * * …И сам последовал за ней, подталкивая в задницу, чтобы заставить побыстрей заползти в шахту. Позади нас слышался грохот падающей мебели и звон бьющейся посуды. Потом голос ведьмы проревел: — Вам от меня не уйти, грязные воры! Я съем ваши глаза на ужин, а языки на завтрак, буду лакомиться вашими потрохами целую неделю! Посмотрите на меня! УЗРИТЕ МОЙ ИСТИННЫЙ ОБЛИК! Я не стал смотреть, понимая, что ведьма уже не женщина, которую я видел за окном, а потусторонний ужас, и если она нас настигнет, то сожрет нас, как обещала… |