Книга Снова будешь моей. Мой Консерватор, страница 32 – Лина Коваль

Ты мне так нужен. Всю неделю я ждала хотя бы звонка... Хоть что-то, кроме издевательских записок. Хоть что-то, чтобы поверить, что тебе не всё равно.

Я люблю тебя так, будто в данную минуту готова на всё. Пусть потом буду жалеть. Точно знаю, что непременно буду жалеть.

Вдыхаю аромат вкусно пахнущей футболки, он отдаётся вибрацией в теле. Андрей крепко прижимает меня к себе, гладит по волосам, спине, успокаивает. Но не так.

Всё не так. Как-то по-отечески что ли? Отстранённо. Мне хотелось бы не так. Хочу, чтобы как женщину обнял…

Свою женщину…

Когда рыдания стихают, Андрей отстраняется, долго смотрит куда-то вдаль, а потом выезжает с парковки. Его ресницы подрагивают, а на щеках чуть заметный румянец. На меня не смотрит. Совсем.

Это что ещё за фигня? Украдкой рассматриваю его упрямый профиль, литые мышцы на руках. Я соскучилась. А он.. Нет?

— Отвезу тебя домой, - тихо сообщает.

— Я не хочу домой, - спохватываюсь, - Только не домой. Мне страшно, Андрей.

Хочу остаться с ним. Я умру в догадках, что происходит, если мы вот так сейчас расстанемся. Просто не смогу.

— К родителям? - кидает в меня быстрым взглядом.

— Они на Кипре.

Будто решая сложную задачу, смотрит прямо перед собой. Потом медленно кивает и разворачивает машину на ближайшем перекрёстке.

Я не знаю, где именно он живёт. Но, надеюсь, что мы едем в том направлении.

Добираемся к новому жилому комплексу спустя пятнадцать минут, машина тихо заезжает на подземный паркинг.

— Пошли, - сухо говорит и забрав телефон, выходит из автомобиля.

В лифте едем молча, я опять его рассматриваю, а он... снова смотрит куда угодно, будто меня здесь нет. Я размазана случившимися событиями и его холодностью. Если он хочет проучить меня - у него получается.

Зайдя в квартиру первым делом скидываю ненавистные босоножки. Сумку определяю на небольшой пуфик при входе.

Квартира просторная и… мужская что ли. Высокие потолки, большие окна, интерьер в светлых и серых оттенках.

В гостиной, совмещенной с кухонной зоной, минимум мебели, но выглядит всё органично. И конечно по-громовски идеальная чистота. Это ещё одно различие между нами. У меня так чисто бывает только раз в неделю, после клининговой службы.

— Я постелю тебе в спальне, сам останусь тут, на диване.

Хм...

— Хорошо, - шепчу, - можно схожу в душ?

— Да, полотенца в ящике. Я подберу тебе что-нибудь из одежды.

Зайдя в ванную, скидываю измявшееся платье и трусики. Загружаю сразу всё это в стиральную машину. Пока ищу порошок в шкафчиках, боюсь наткнуться на женский крем, духи или что-то в этом роде.

Осознание, что Громов жил здесь с другой женщиной, больно бьёт по натянутым струнам в груди. Но, слава богу, здесь только мужские принадлежности.

Душ помогает хотя бы немного прийти в себя, смываю с себя запах отделения полиции с помощью мужского шампуня. Обернувшись в мягкое полотенце, на цыпочках прохожу в гостиную. Свет приглушен, а балконная дверь приоткрыта. С улицы доносится резкий запах сигарет.

Никогда не видела его курящим. Что это с ним?

На большом диване аккуратно сложены стопкой вещи. Футболка и шорты. Прохожу в спальню бывшего мужа, и с любопытством озираясь по сторонам, быстро скидываю полотенце. Тело тут же покрывается мурашками. Его одежда огромная по размеру, но, в целом, терпимо.