Книга Сдавайся Капитан, это Любовь, страница 16 – Ольга Дашкова

— Тебя не касается, — сказала я ему. — А еще раз сбежишь к курам, я расскажу маме.

Антон молчал, но смотрел красноречиво, Дмитрий продолжал подвязывать помидоры. Аккуратно, методично, без лишних движений. Спина прямая, даже когда наклоняется.

Не мой типаж.

Я отпила кофе.

Совсем не мой.

Дмитрий

Услышал Веронику раньше, чем она вышла на крыльцо.

Голос у нее был хорошо поставленный, не громкий, не истеричный, а именно такой, что слышен четко и до конца.

Я подвязывал помидоры и старался смотреть на грядку, а не в сторону крыльца. Это удавалось примерно до того момента, пока она не сошла со ступенек и не пошла по участку.

Пижамные шорты. Майка с надписью «Weekend Mode». Босые ноги в траве.

Это была неподходящая одежда для прогулки по участку в присутствии соседей. Это я зафиксировал как объективный факт, не имеющий личной окраски.

Растрепанные светлые волосы блестели на утреннем солнце так, что на них было неудобно смотреть. Именно неудобно, а не приятно, я себе это сказал четко. Майка была тонкая, светлая, и, когда она повернулась боком, утреннее солнце сделало то, чего я не просил его делать.

Я увидел все.

Небольшая грудь с четким контуром под тканью, твердые горошины сосков. Длинные ноги. А когда она наклонилась поднять упавшую ветку, сползшие шорты открыли маленькую темную родинку на левой ягодице, совсем внизу, почти у края ткани.

Стоп. Стоп, капитан Буров.

Переключил взгляд на помидорный куст. Куст был зеленым, здоровым и совершенно неинтересным. Тем не менее я смотрел на него с таким вниманием, как будто он содержал важную государственную тайну.

Ты смотришь на соседку как на объект. Это недопустимо. Это неуважение. Это…

Это было непроизвольно, вот в чем проблема. Я не принимал решения смотреть. Взгляд пошел сам, и остановить его удалось только с третьей попытки.

За тридцать лет жизни, из которых последние десять была армия, я выработал контроль над собственными реакциями до уровня, который сам считал абсолютным. Тело не должно опережать голову. Это базовое.

Тело опередило голову.

Я это обнаружил, когда она уже стояла и говорила в телефон что-то про Алину и коленки. Пришлось развернуть корпус к грядке под предлогом более тщательного осмотра нижних листьев.

Нижние листья помидоров тебя никогда так не интересовали.

Потом она отключила звонок, подняла взгляд, и наши глаза встретились. Она посмотрела с таким выражением лица, словно примерно понимала, что я слышал, и ей было на это наплевать.

Потом приложила руку к голове в коротком четком салюте — точном, почти военном — и ушла в дом. Я подождал, пока за ней закроется дверь.

Потом пошел к себе, нашел ведро, набрал воды из колодца и вылил на голову.

Холодная вода в июле — это четырнадцать градусов из глубины. Работает безотказно. Я стоял, стекал и думал о том, что у меня есть список задач на семь пунктов, что отпуск заканчивается, что я уеду, и она уедет, и деревня Комарово останется деревней Комарово без каких-либо последствий для обоих.

Это рациональный план.

Она сказала «первым мужчиной». Это значит — еще не было? Это значит — тот тип в телефоне был первым кандидатом, и она не позволила, потому что он оказался недостаточно своим?

Это не моя информация. Это случайно услышанный разговор.