Книга Две полоски. Двойная ошибка, страница 90 – Ольга Дашкова

— Мама, где мама?

— Пацан, ты как? Ты знаешь, что ты молодец? – видно, как Марк подбирает слова, как сдерживает эмоции, не представляю, как мы будем делить сына. А в том, что не мой – наш сын, нет ни малейшего сомнения.

— Хорошо, я хорошо спрятался в секретное место, когда мама закричала. Она всегда говорила, что нужно прятаться, если опасность.

— Твоя мама молодец, большая молодец, и ты молодец, Ванька, – Марк треплет мальчика по волосам. – Ты что-нибудь еще видел или слышал?

— Нет, я сразу спрятался в свое секретное место, а потом вылез, взял мамин телефон, он был на столе, и снова спрятался.

— Подержи, – передал Ваньку Марку, – найди что-нибудь теплое, нужно укрыть его, уходи, я немного задержусь. И не смотри на меня так, время идет.

Аверин не стал спорить, взял покрывало, накрыл сына, вышел, мальчик так же, как и меня, крепко держал его за шею. Я подошел к лежащему на полу телу, присел, похлопал по лицу соседа, надо было оставить его в сознании, хоть Ольга и не говорила, но уверен, этот ухажер не просто так вертелся около моей женщины.

— Эй, очнись. Очнись, я сказал!

Две хорошие пощечины практически привели парня в чувство, мотает головой, пытается встать.

— Послушай меня сюда, если с Ольгой что-то случится, если я узнаю, что ты к этому причастен, я найду тебя и закопаю живьем.

— Все из-за вас, во всем вы виноваты, если бы не ваши дела, она жила бы нормально, – сосед стонет, говорит невнятно, но я понимаю каждое слово. – Я готов помочь, служба готова помочь, ей всего лишь нужно было дать показания, а дальше мы бы все сделали, чтобы она и Ванька были в безопасности.

Злость накатывает снова, но уже из-за того, что он прав. Нашу жизнь решают обстоятельства, одно или два события – и мы уже иначе смотрим на мир. Сосед прав, не нужно было этой светлой девочке связываться с нами, но так вышло, и ее уже никто не опустит.

— Если ты так сильно желаешь ей добра, встань и начни действовать, перематывай прослушку, камеры. Где ты, блять, вообще был, сука, агент хренов, когда ее увели? Позвони, как что узнаешь, мой номер у вас есть.

Не узнаю сам себя, стал слишком мягким, готов подружиться на время со спецслужбами и ментами, лишь бы найти Ольгу. Вышел, не закрывая двери, на ходу набирая Рому.

— Гончаров, ну что?

— Камера на перекрестке у дома Успенской засекла старый Форд, в тот промежуток времени только он выезжал со двора, а приехал за двадцать минут до этого. Номер: три-девять-девять, дальше он поехал на север, за город не выезжал, свернул в промышленный район, дальше не вижу.

— Сбрось последние координаты. Что там по Корневу? Где он?

— Сидит в загородном доме, активности последние дни не было. Не считая визитов адвокатов и друзей да дочери.

— Спасибо, Ром, следи дальше.

Уже вышел на улицу, холодный ветер немного приводил в чувства, но я хотел крови, много крови – за то, что кто-то посмел дотронуться до моей женщины пальцем. За то, что кто-то допустил такую мысль, как похитить ее.

Но едва успел сделать шаг к внедорожнику, как пришло сообщение – скрытый номер, видеофайл. Внутри все похолодело, в висках заломило болью. Не хотел открывать файл, не хотел видеть, что там.

Открыл, сжимая несчастный смартфон до треска.

Картинка нечеткая, постоянно дергается, слышен собачий лай. Пригляделся, пытаясь понять, что я вижу, собрать в кучу детали. Клетка, в ней собака и… девушка! Это Ольга, она вжалась в стальные прутья, закрыла лицо руками, но это она.