Книга Две занозы для босса, страница 50 – Ольга Дашкова

Закрываю глаза, пытаюсь расслабиться и проанализировать все, что произошло. Но события мало поддаются анализу, я в замешательстве, здесь что-то другое, отчего сердце начинает биться чаще, даже пальцы слегка трясутся. Это все Вишневский. Это он во всем виноват. Это он так на меня смотрел, а потом прижимал к себе, защищая от соседа, словно он несет прямую угрозу моему здоровью и чести.

Моя романтическая натура сразу представила картину, как Михаил в гусарском мундире, защищает свою даму сердца, вызывая обидчика на дуэль, бросая ему в лицо перчатку.

Хм, как что напридумываю.

А еще мой шеф начинает мне нравиться все больше и больше. Я прекрасно понимаю мозгами, что это неправильно, что так в принципе не должно быть. Я подчиненная. Он мой руководитель. Но с другой стороны, я – женщина. Он – мужчина. Как бы сказала мама, что должно произойти, обязательно произойдет, и она просила меня развлечься. Вот как в воду глядела, ой, хватит с меня сегодня воды.

А еще моя неуверенность в себе, болезненное недавнее расставание с Эмилем. Его звонки. Вот чего он хотел сегодня им добиться, я так и не поняла. Было такое чувство, что он специально все это делает, чтобы разбередить мне раны, чтобы мое сердце стало еще больше кровоточить, но в данный момент эффект получился обратный. Я только разозлилась. И больше ничего.

Задумалась, снова вспоминая о том, как Михаил смотрел на меня, как касался, как потом прижимал в воде и спрашивал, все ли со мной хорошо. Это было так трогательно и мило, а я увидела совершенно другого Вишневского, не того заносчивого, наглого босса, который мне встретился в приемной.

У него очень красивые глаза. Челка, которая падает на лоб, и ее хочется убрать, сильные руки, крепкое тело. Татуировка волка. Она ему очень идет, некий образ волка-одиночки, который не верит в любовь и живет лишь одним днем.

На полке в душевой только мужской гель для душа с ароматом свежести и ментола, пришлось им мыть голову, потом долго смывать торопясь. Выходя из душевой, нашла на сушилке лишь небольшое полотенце, видимо, дом еще не был готов для гостей, и здесь лишь самое необходимое.

Промокнула лицо, сделала шаг на кафель, нога как-то странно и так быстро поехала вперед, и тут же начала открываться входная дверь. А я с громким возгласом, совершенно голая полетела в объятья своего босса.

— Вот же черт, Маргарита, держу, держу. Я опять зашел не туда.

Он так крепко прижимает к себе, сердце снова ухает в пятки от страха, а потом подскакивает вверх, начиная биться часто-часто. По телу бегут миллионы мурашек от соприкосновения моей горячей груди с его холодной.

Мою наготу даже не скрывает полотенце, потому что я его зажала в руках, а сама снова, как несколько минут назад, лишь глотаю воздух, открывая рот, не в силах произнести ни слова.

Немая сцена из комедийного фильма.

Это третья за сутки шоковая ситуация, а работа няни вроде должна быть связана с детьми, а не с их отцами и не с такими происшествиями.

— Все хорошо?

— Да… да… вроде бы…

— Извини, Цветкова, готов получить по причиндалам, но я сделаю это снова.

— Что?

Господи, я сейчас отупевшая дура с красным дипломом экономиста.

Но когда Михаил целует меня, сердце пропускает удар, второй, у него прохладные губы, мои мокрые волосы на затылке сжимает его сильная ладонь. Голова идет кругом, таких эмоций у меня никогда не было, внутри словно взрывается десяток фейерверков, и их разноцветные россыпи мелькают перед глазами.