Книга Молочная девочка, страница 38 – Ольга Дашкова

Паршивый выдался день, даже несмотря на фантастическое утро, поломанную мебель Соколова и откровенный секс с заносчивым столичным шефом. Его надо не тапком по морде, а лопатой по голове, да так, чтобы корону сбить, это Лаура уже представляла.

Совет был ходить без лифчика. Анисимова вышла на улицу, сощурилась от солнца, посмотрела на свой бюст, поправила декольте майки и рубашку на плечах.

— Да больно надо, слишком много чести для некоторых, – пробубнила под нос, но не успела девушка выйти с парковки ресторана, дорогу перекрыло такси.

— Богиня моя, звезда, я снова у твоих ног.

— Да чтоб меня…

Из автомобиля выскочил щуплый мужчина, открыв пассажирскую дверь, достал из салона охапку белых хризантем и бросился к Лауре.

— Вартан…

— Тигран, я Тигран, моя богиня. Извини, не мог раньше, мама приболела после того, как участковой приходил.

— Участковый? – Лаура машинально приняла цветы, разглядывая синяк на лице своего жадного ухажера.

Это все Матвей, не может успокоиться, ему обязательно нужно кого-то достать, кого-то сделать виноватым в своих ошибках, а он якобы белый и пушистый. Скотина какая.

— И что сказал участковый?

— Ничего серьезного, моя богиня, все хорошо, только у мамы давление поднялось.

— С мамой, я надеюсь, все хорошо? – спросила из вежливости, чувствуя вину за собой. Если бы не ее бывший любовник, мама Тиграна не волновалась бы, а сам мужчина был бы без увечий.

— Да, да, все хорошо, я хочу тебя познакомить с ней.

— Познакомить?

Поворот был неожиданный, с мамой Лауру еще никто не знакомил. Очередная ложь готова была вот-вот родиться. Она и так уже представила Матвею Тиграна как своего жениха, потом разыграла сцену со Львом, кидаясь на шею, солгала отцу, а Корнеев раздул ложь, сказав, что она беременна. Клубок обмана и фальши становился больше с каждым днем.

Стоит ли продолжать этот спектакль? Однозначно нет.

— Послушайте, Тигран, я не знаю, что вы там надумали, но я точно не ваша богиня, и маму не стоит со мной знакомить.

Тигран совсем не слышал, что говорит девушка, очарованный, околдованный, он смотрел в карие глаза своей богини Лауры и все больше входил в транс. Она была великолепна, фантастична в этих широких светлых легких брюках, в белой маечке и яркой рубашке. От кончиков алых ноготков на ногах до взмаха пушистых ресниц.

Мама будет в шоке, но переживет.

— Нет, ничего не хочу слушать, мама приготовила долма и хинкали. Она ждет, будет еще брат с семьей, устроим настоящий праздник, позовем дядю Ашота, он сыграет на дудуке.

Концерт в честь Лауры еще никто не устраивал. Были только скандалы и истерики.

Тигран потянул девушку к машине, галантно открыл двери, приглашая сесть, а Лаура, словно под гипнозом, поддавалась этому мягкому напору. Девушка обернулась, посмотрела на окна второго этажа ресторана, словно чувствуя, что за ней кто-то наблюдает.

— Так что?

— Что?

— Как там наша зефирка?

— Не понимаю, о чем ты. Или о ком.

— Да ладно? А кто-то сегодня не ночевал в квартире.

— А кто-то слишком рано вернулся с рыбалки.

— Не клюет.

— Печально.

Лев смотрел в окно, на парковке как раз разворачивалась сцена клева, а точнее – к Лауре клеился тот самый таксист, которого он уже видел в первый день курсов. Но сейчас вместо коробки с тортом был веник цветов и страстные взгляды. Вот же какая непостоянная зефирка – то странный мужик у дверей, то вот теперь таксист. Получается, Корнеев не первый и точно не последний у этой ветреной особы, и ее отец принял его за другого.