Книга Отчим. Куколка для Монстра, страница 52 – Ольга Дашкова

Он приехал совсем недавно, и сразу стало заметно, как в доме изменилась атмосфера, воздух стал тяжелым. Марина так и не пришла и не принесла ключи, не знаю, что вообще с ней, но Федор деловито снует по коридорам и подносит нам блюда.

Сегодня тоже не пельмени и оливье, какое-то мудреное меню от молчаливого повара. У меня выдалась возможность увидеть его — высокий, огромный, как скала, восточный мужчина. Он так лихо орудовал топориком, разделывая ребра ягненка, что я даже засмотрелась. Но как бы я ни пыталась его разговорить, не услышала ни звука, лишь стук топорика.

Дом полон странных людей, это именно то, чего мне не хватало на каникулах, но хорошо, что скоро они закончатся и я вернусь в свой привычный мир. Соскучилась по Ксюхе, по язве Афанасьевой, надеюсь, ее кости срослись, по Авдееву Костику, спасибо ему, что не уронил меня на сцене, даже по занятиям и Белле скучаю.

И все, не будет ничего этого, вообще ничего. Не хочу видеть свою «семью».

— Как прошли эти дни без меня?

Горн задал вопрос, все посмотрели на него, но сам Дмитрий Германович прожигал взглядом меня. Не могу привыкнуть к этому, но с удивлением обнаружила, что мне этого не хватало. Того чувства, когда под кожей начинает растекаться горячая лава, когда воздух выходит из легких и покалывает кончики пальцев.

Мое тело помнит все, что Горн делал с ним. То, как я возбуждалась, как кончала на его пальцах и как получала удовольствие.

— Все хорошо. Я вчера была в клинике…

Мать начала тихо, я нахмурилась.

Что за клиника? Я считала, что они с Антошкой выбирают трусы в бутиках. Новые титьки? Подтяжка? Но Горн отреагировал странно. Повел подбородком, сжал челюсти, повернулся, посмотрел на свою жену:

— Инна, я просил тебя этого не делать. Или ты меня в первый раз плохо расслышала?

— Но… Дима…

— Я сказал: никаких «но»!

Удар ладонью по столу, звон посуды, кусок ягненка встал поперек горла.

— А что вообще происходит? Какая клиника? Мама, ты больна? — задаю вопросы, которые имею право задавать.

— Ничего, Вита, ничего не происходит, это не твое дело.

— Да, я смотрю, здесь все не мое дело. А то, что посторонний человек по каким-то своим причинам втерся к тебе в доверие и женился, то, что он оккупировал наш дом, по которому даже ходить нельзя, это вообще сущая ерунда, да, мама? То, что персонал запуганный и зашуганный, то, что его племянник-придурок распускает слюни, руки и член из штанов и портит мою одежду, это тоже так, ничего особенного. С меня хватит, я нагостилась и завтра улетаю в академию, к тому же каникулы подошли к концу.

Снова устроила скандал, это стало почти традицией — срывать семейный ужин. Если мне ничего не говорят, то какой вообще тогда смысл находиться здесь?

— Сядь за стол!

Повышенный тон Горна бьет по нервам, как хлыстом по спине.

— А то что? Что ты мне сделаешь? Я не боюсь тебя и знаю, чего ты добиваешься. Хочешь акций компании отца, моих акций? Так вот, нет, ты их не получишь, если только тебе не придется нас с матерью убить.

По спине стекает ледяной пот, внутри все скручивает ужасом и страхом, такого взгляда Дмитрия я еще не видела. Он приковывает к месту, как у зверя, готового в любую секунду кинуться и вгрызться в горло зубами, вырывая вены.

— Сядь на место, я сказал!

Тишина, лишь слышно, как вздохнул Вальтер и Антошка выдал ехидный смешок. Сука, надо было сделать ему гадость.