Книга Собственность Саида, страница 21 – Ольга Дашкова

Чувствую взгляд мужчины, отдаю ему кружку, откидываюсь на подушку, сил хватило лишь на две фразы, лекарства и бульон.

— Спасибо.

Пытаюсь улыбнуться, но не могу, а когда меня бесцеремонно начинают переворачивать, меняя промокшее от пота белье, даже не реагирую.

Юсуф хороший, как ни странно, прихожу к такому заключению в своем температурном бреду, он не бросил, он лечит, ухаживает. Но все остальное, включая тот эпизод моего видения, в котором меня продавали, как рабыню, даже звонок Никите на этом фоне мне кажется нереальным, смущает.

Я, наверное, сойду с ума раньше, чем состарюсь, да и состарюсь ли – в этом уверенности нет никакой. Радует лишь то, что своей болезнью я отсрочила домогательства Саида, я не хочу секса с ним, но помню, что было в прошлый раз.

— Как она? – Знакомый голос, от него сжимается все внутри, но я от него далеко в своем подсознании.

— Температура немного спала.

Мужчина ругается на своем языке, они переговариваются, несколько раз проскальзывает слово «Стамбул», имена: Тамир, Ахмет, Камар и Лейла. Что за турецкий сериал? Всегда их терпеть не могла.

Мой похититель, судя по нервной интонации, очень взбешен. Так ему и надо, я готова и дальше рушить его планы. Пусть у него все летит к чертям. В пропасть, куда он толкает меня.

Вода теплыми потоками стекает по лицу, плечам, груди. Прикрыв глаза, стою в душевой, держусь за стену, чтобы не упасть, шатает, в голове ни одной мысли. Юсуф сказал, лучше не мыться, но я уже не могу чувствовать липкую кожу, спутанные сальные волосы.

К черту, хуже уже не будет.

Единственный приятный момент за все время, минутка счастья – принять душ, как же все-таки мне, оказывается, мало надо. Кое-как выдавила гель из тюбика, намыливаю волосы, потом тело. Я даже не знаю, сколько прошло времени, как долго я болею. День сменяется ночью, а она – снова днем. Лекарства, бульон, Юсуф даже давал мясо, но я не смогла его есть.

Интересно, какое сегодня число? Хотя какая мне разница, пятое или десятое, моя прежняя безоблачная жизнь осталась в прошлом. Меня предали, вышвырнули, отказались, вычеркнули и забыли.

Кто такая Дарина?

Никто.

Ее нет.

Вода смывает пену и слезы, душу выворачивает, кости выкручивает, я не слышу своего голоса, его тоже нет. Было такое чувство, что в моей голове расплавился мозг и нет вообще ни одной здравой мысли или желания что-то делать.

Просто стою под горячей водой, трогаю пальцами уже заживший шрам на левом бедре. Интересно, что будет, если я снова решусь на побег? Здесь не получится, нужно в город, туда, где люди.

Но как только я успела об этом подумать, послышался шум, створки душевой распахнулись, повеяло холодом. Хотела обернуться, но не стала, так ко мне мог зайти лишь один обитатель этого дома – Саид.

Взгляд прожигает между лопаток, надо бы обернуться, но видеть его не хочу. Он ведь не станет ко мне приставать? Трахать живой труп, так-то, сомнительное удовольствие, но, если он это сделает, сука, я ему вены перегрызу зубами.

— Через два часа выезжаем, соберешься, за тобой придут.

Обернулась, но мужчина уже громко хлопнул дверью.

Не понимаю, зачем я вообще ему нужна, еще куда-то везти… Если отец должен денег, то логичнее было просто где-то меня запереть, кормить водой и хлебом. Как в триллерах, присылать отрубленные части тела как напоминание о долге. Бред, конечно, что только ни придумаю после болезни.