Книга Моя чужая женщина, страница 72 – Ольга Дашкова

Он не отвечает, на скулах лишь играют желваки.

Кидаю взгляд на его телефон, можно было взять без спроса, позвонить, но там точно заблокирован экран, как и у двух наших сопровождающих. Я могу позвонить только Нинке, ее можно попросить перезвонить на тот мой номер, чтобы она объяснила Тихону, где меня искать.

И почему дельные мысли приходят так поздно? Почему меня должно было вывернуть наизнанку несколько раз? Для того чтоб понять, что я действительно беременная, и этот ребенок от Покровского, и я уже не принадлежу самой себе, и не вправе скрывать этот факт и строить из себя героиню. А еще нужно не бегать и прятаться, а сходить к гинекологу.

— Так от кого залетела?

Он Люцифер, а не Гектор.

Смотрим друг на друга несколько долгих секунд, веду пальцами по все еще влажным волосам.

— Не помню.

— Даже так?

— Я получила свою долгожданную свободу, и меня понесло во все тяжкие. Почему нет?

— И то верно, почему нет? Но ты ведь, Арина, не такая.

Гектор так красиво протянул мое имя, намекая на то, что сколько бы я ни танцевала раньше пьяной в клубе, скидывая с себя одежду, я все равно никого к себе никогда не подпускала. И Костя об этом знал. Все об этом знали. И я действительно никого не подпускала. Собака была в этом плане верна своему хозяину.

— Говорю же, пьяная. Ром и кола сделали свое дело.

— Так, может, он был и не один?

— Может, – равнодушно смотрю в окно, уже стемнело.

— Так, может, и мы перепихнемся от скуки, скрасив время?

Во рту сразу пересохло, хочу облизать губы, сжимаю до боли в пальцах край халата.

Нет, Гектор блефует.

— Не побрезгуешь? Это теперь как ехать в плацкарте. Ты же не любишь железную дорогу.

Гектор достает из кармана джинсов серебристый квадрат с упакованным презервативом, бросает на стол. Сам садится прямо, начинает расстегивать ремень и снимать футболку.

У него белая кожа, немного растительности на груди, жилистый, широкоплечий, мышцы как у спортсмена, а не качка. Но меня поразили даже не его действия, которые мало укладывались пока в голове, а татуировка. Черные штрихи, ничего лишнего, реалистичный рисунок, словно выполненный карандашом очень умелым мастером.

Это был профиль древнегреческого воина в шлеме, с копьем в поднятой руке. Гектор, это был именно он, сын троянского царя, что сражался с Ахиллесом. Я помню, читала, Гектор пал от удара копья Ахилла. Но судьба Гектора – это путь истинного воина, который вызвал на бой после смерти друга заклятого врага и проиграл. Плохо представляю мужчину перед собой таким.

— Шутишь?

— Нет. Раздевайся.

— Косте это не понравится.

— Косте много что не нравится, но мы ему не скажем. Давай скидывай с себя эту тряпку.

Мужчина так быстро оказался рядом, хватает за халат, дергает, тут же начинает снимать его с меня, вскрикиваю от неожиданности, начинаю сопротивляться.

— Ты думала, что все так просто, да? Что можешь сидеть и врать о каком-то случайном ебаре? Или мне позвать парней, если ты так любишь групповушки? Можешь вот так, сидеть, смотреть и нагло разговаривать? Но я ведь не Костик, я могу сделать больно.

— Нет.

— Что «нет»? Или ты такая смелая лишь на словах? А по сути, обыкновенная шлюха и сучка одного хозяина?

— Отпусти.

Чувствую, как зашкаливает пульс, как мое сердце выламывает грудную клетку, как адреналин обжигает вены. Он сейчас может сделать что угодно со мной, а потом сказать, что я сбежала, я ведь совсем не знаю, чего ожидать от Гектора, и кто он такой для Никифорова на самом деле: помощник, друг, соратник, палач?