Книга Развод в 57: Любовница в Моем Белье, страница 147 – Магисса

— Бухгалтер и внешний финансовый специалист раз в год, — ответил мой юрист. — Не Жанна единолично.

— А если прибыли нет два периода подряд?

— Получаете право запросить проверку расчёта, — сказала я. — Не вернуться в кабинет коммерческого директора.

— Проверка за счёт компании, если расхождение существенно.

— За счёт виновной стороны, — возразил мой юрист.

— Если всё верно, проверка входит в расходы сделки, — сказал Феликс. — Если найдена манипуляция, платят покупатели.

Мы согласились. Это защищало его деньги, не возвращая управление.

Феликс перевернул страницу.

— Проценты на остаток.

— Умеренные и фиксированные, — сказала я. — Не банковская ставка для проблемного заёмщика.

— Я и есть кредитор без банка.

— Но долю продаёшь компании, которую не хочешь задушить.

— Не компании. Действующим совладельцам. И да, не хочу.

Он снизил ставку. Мой юрист поднял нашу. Встретились посередине.

Самым коротким оказался пункт об оперативном управлении.

Временное отстранение становилось постоянным. Отдельным решением владельцев, которое подписывали сегодня, Феликс слагал полномочия коммерческого директора. Никаких договоров, распоряжений сотрудникам, доступа к архиву и переговоров от имени «По себе». Его оставшиеся права защищали только оформление продажи и невыплаченную цену.

— Первый платёж должен пройти не позже установленной даты, — сказал он. — Если вы задерживаете его, протокол не исчезает, но весь график пересматривается.

— Управление к тебе не возвращается, — сказала я.

— Я этого не требую. При просрочке меняется обеспечение, а не директор.

Он сохранял доступ к общей финансовой отчётности и уведомлениям о крупных сделках. Клиентские папки, техкарты и переговоры с «Контуром» оставались закрыты.

— И снять мои личные поручительства перед поставщиками, — добавил он. — Я не буду отвечать за закупки, которые больше не утверждаю.

Это тоже было справедливо. Компания должна была заменить обеспечение в согласованный срок. До замены новые поставки по старым поручительствам не проводились.

— Значит, ты уходишь из управления сейчас, а деньги получаешь постепенно, — сказала Нонна.

— Да.

— И не звонишь фабрике с советами, как нас спасти.

— Если фабрика позвонит мне по старому договору, перенаправлю к вам.

— Не советуя по дороге?

Феликс посмотрел на неё.

— Не советуя по дороге.

Нонна поставила галочку.

Следующий раздел касался её голоса.

В прежних документах право Нонны остановить производство зависело от технического акта. Формально этого хватало. На практике Феликс отправил фабричный заказ раньше акта, а потом назвал остановку задержкой.

Теперь без положительного голоса Нонны нельзя было менять утверждённую конструкцию, расширять размерный ряд, передавать технические материалы наружу или запускать партию. Отдельное согласие требовалось для указания авторства, переработки библиотеки и любой лицензии на модели.

— «После консультации с главным технологом» уберите, — сказала Нонна.

Юрист Феликса поднял глаза.

— Почему?

— Потому что консультироваться со мной умеют прекрасно. Потом пишут, что я была в комнате.

— Предлагаете право вето?

— Предлагаю считать отсутствие моего согласия отсутствием согласия.

— Если вы заболели или уехали, производство останавливается?

— Текущие утверждённые модели продолжаются. Новое решение ждёт заместителя по письменной процедуре. Имя заместителя утверждают совладельцы заранее, не утром у грузовика.