Книга Измена. Цена прощения, страница 181 – Ая Кучер

На нужный этаж мы поднимаемся без проблем. Замечаю нескольких сотрудников, которые таскают папки. Они подсказывают, что Немцова можно найти в конференц-зале.

— Привет, - здороваюсь первым. Дима нас даже не замечает, погружен в бумаги. – Мы за Русом.

— А? Да, - он трет глаза, фокусирует внимание на нас. После смотрит на экран. – Он спит. В моем офисе. Ты была права, Тась, даже не просыпался.

— Я тогда пойду его одену.

Девушка тут же сбегает, оставляя нас вдвоем. Могу пойти с ней, но вместо этого падаю на свободный стул. В какой-то мере, я перед Димой виноват за то, что с его женой начал отношения.

Но о своем решении не жалею.

У друга была возможность строить семью нормально. При таком раскладе, у меня никогда не появилось бы шанса. Слишком Тая была «в нём». Я пытался вразумить Диму, не получилось.

Я ведь мог давно всё устроить.

Проследить, снять видео, отправить Тае. Вот только я не собирался подставлять друга. Кроме того, девушка была счастлива, пусть и в блаженном неведении. А я привык в открытую бороться.

— Что там с Волошиным выяснилось?

Я пересказываю Диме всё, что всплывает в памяти. С каждым словом он становится всё более хмурым. Ерошит волосы, видимо, силится вспомнить эту Ингу. Но вряд ли помнит, что замутил с Волошиной.

— Ясно, - кивает, никак не комментируя. – Я понял, спасибо за информацию.

— Если нужна какая-то помощь…

— Нет, ты достаточно мне с женой помог, - Дима разворачивается ко мне, усмехается. – Боюсь представить, что ещё ты можешь устроить.

— Вы с Таей расстались, прекрати делать из этого трагедию.

— Серьезно? Ты за моей спиной закрутил с Тасей роман. Советы давал. Подождать, как же. Чтобы ты успел её в постель затащить?

— Не поверишь, Немцов, я этими советами и пользуюсь. Не моя вина, что ты не можешь удержать дружка в штанах.

Поднимаюсь, заканчивая этот разговор. Есть разница между справедливым упреком и постоянными обвинениями других. Если Дима не может увидеть причину всего, то это больше не моя проблема.

Я достаточно усилий вложил, чтобы сохранить нашу дружбу, пусть и в шатком состоянии. Но не собираюсь голову пеплом посыпать, что полюбил Таю. Могу о многом сожалеть, но точно не об этом.

— Если начнешь думать головой – звони, - говорю, направляясь к выходу. – Или если захочешь всё нормально обсудить.

— А есть что обсуждать? Ты, Шварц, поступил как гнида. Дождался, когда у меня будут проблемы, и всадил нож в спину.

— Ты, млять, серьезно? Не у одного тебя есть проблемы. У меня тоже дел по горло, - прижимаю ладонь ребром к подбородку, взорвавшись. – Замороженная стройка из-за проблем с  твоими материалами, еженедельные переговоры с американцами. Ночью работаю, днем отсыпаюсь. Инна со своей беременностью мне мозги выносит. Но я не вешаю на тебя свои проблемы! Я не ною и не ищу, на кого можно перекинуть ответственность.

— Инна беременна? – хмыкает, поднимаясь. – Действительно, катастрофа на фоне моих проблем.

— И? Я Волошина тебе советовал? Я запустил дела? У тебя одна фирма, Дим, у меня их хренова куча. Но даже при этом я нахожу время, что вечером оказаться на прогулке с Русом.

Мудак я.

Знаю.

Режу по больному, без анестезии и сожаления. Может, хоть так до Немцова дойдёт, что мир не крутится вокруг него. И пора что-то менять, если он хочет добиться большего.