Книга Развод. Сын моего мужа, страница 116 – Ая Кучер

— Я не знаю места, где будет безопасно это сделать. Этот дом — ближе всего. А посуда — из кондитерской, непригодная. Стану я ещё на него тратиться!

— На кого? Что такого случилось?

— О, всё просто. Мой муж изменщик, — бью тарелку о дорожку. — И он, — хватаю чашку. — Решил погубить мой бизнес.

Разбиваю. Ещё и ещё.

Будто в агрессии пытаюсь выплеснуть собственную боль.

Окончательное падение в пучину оттого…

Что это Витя заказал хейт на мою кондитерскую.

Я до сих пор это осознать не могу. Готова поверить в жёсткую шутку. Но перед глазами имя отправителя.

Доронин В.

Отправил этой Лоле деньги за то, чтобы оставить негативный отзыв на мою кондитерскую.

Дважды.

Сегодня и в первый раз. Оба раза — его рук дело. Не придумка, не подстава. Очень просто.

Это уже дно? Или глубже? Или как?

Он…

Я до побелевших костяшек сжимаю тарелку, смотрю в никуда. Вот почему Витя сегодня спрашивал, ничего ли не случилось.

Он знал про новый пост хейта. Он был в курсе всего. Сам это организовал. Зачем?

Чтобы я сломалась? Прогнулась? Или…

О, ну конечно.

Ведь в первый раз Витя сам открыто предлагал свою помощь. Говорил, что сможет разобраться. Будет моим героем.

Я всегда обращалась за помощью к Вите. Все проблемы с кондитерской решал он.

Был моим мужчиной, которому я доверяла.

Муж просто пошёл по протоптанной дорожке. Я в беде — он спасает. И тогда бы мы… Что? Снова сошлись?

Я понимаю, что не могу справиться без Вити. Он благородно помогает спасти кондитерскую.

Все счастливы.

Мудак!

Рычу, разбивая тарелку. С замаха, чтобы осколков как можно больше было. Представляю, что запускаю в машину Доронина.

Действительно немного легчает.

— Так, тихо.

— Денис!

Возмущаюсь, когда мужчина вдруг оказывается рядом. Он перехватывает меня со спины.

Обнимает, прижимая к себе. Лопатками врезаюсь в широкую грудь. Теплом его тела обжигает.

Я подумать не могла, что Денис настолько крупный и накачанный. Он не выглядит таким в одежде.

Не то, чтобы я без одежды планировала увидеть!

Просто теперь, когда я прижимаюсь к нему, я всё могу почувствовать. Бугрящиеся мышцы, напряжённое каменное тело.

— Ты себе навредишь, — цокает он. — Осколки в лицо отлетят, поцарапают. И ручки свои повредишь, не сможешь тараканов делать.

Мужчина ладонью касается моей, накрывает мягко. Будто на уровне ощущений пытается вернуть мне здравый смысл.

— Я не сама тараканов делаю, — признаюсь рвано.

— Всё равно. Есть что-то в доме? Маска, шарф, перчатки…

— Возможно.

— Возьми, Польк. А затем круши тут всё, хорошо?

Голос Ястребова обладает какими-то магическими свойствами. Я слушаюсь.

Принимаю, что в этой ситуации он явно думает трезвее меня. Возвращаюсь с ощущением, что я клоун.

Ладони в перчатках длинных, на лице шарф и очки. Но Денис не смеётся и не подтрунивает.

Вместо этого он ближе подступает. Касается воротника моей блузки. Застёгивает до последней пуговицы.

Прикасается к шее, поправляя. У него кожа такая горячая, что испарина выступает.

— Вот теперь, воробушек, разнеси тут всё.

И шутит, и мотивирует, и поддерживает. И раздражает немножко.

Денис очень многосторонняя личность.

Я вздыхаю. Немного успокаиваюсь, перебираясь дальше. Тут всё залито бетоном, но беседку мы поставить не успели.

Отлично, биться будет легко.

Я с размаху разбиваю посуду. Легко роняю её. Случайно выпускаю из рук.