Книга Неоновые росчерки, страница 264 – Юлия Поспешная

— Тоже ничего не хорошего, — кивнула я.

— Верно, — ухмыльнулся Лохматый и протянул свою ладонь с грязноватыми волосатыми пальцами. — Дай-ка лапку…

Я дала ему свою ладонь, которую он мягко сжал, и, глядя мне в глаза, проникновенно произнес:

— Мы на тебя рассчитываем, кроха синеглазая. Я на тебя не давлю, у меня права нет, но… если ты не доедешь до адресата, нам всем придется несладко.

«Несладко», пожалуй, было наименее точным определением того, что ждет и меня, и дядю Сигизмунда, и всех в этом джимме, если я позволю остановить фургон людям Гудзевича.

Лохматый захлопнул дверцу и махнул Гонгу. Тот нажал на кнопку и автоматические ворота, пристроенного к джиму гаража, начали подниматься.

Оба дядиных друга тут же взялись за оружие и, осторожно выглянув, открыли огонь.

Гонг, быстро обернувшись, замахал мне рукой.

Я повернула ключ. Под капотом огромного Мерседеса взревела мощная V-образная восьмёрка, снабженная новейшими инжекторами и турбо нагнетателем. Ладонями я ощутила передающуюся на руль мощь.

— Господи, — нервно вздохнув, взмолилась Лерка, — если мы выживем, обещаю: я напишу про это песню и буду петь во всех клубах и барах!

— Не вздумай! — бросила я дрогнувшим голосом и надавила на педаль газа.

Фургон, подобно лидийскому боевому быку, вырвался из гаража, разбрасывая грязь и снег.

Перед лобовым стеклом Спринтера показались несколько внедорожников, возле которых стреляли по джиму несколько десятков мужчин.

Я вырулила прямо на них и дернула рычаг КПП. Фургон набрал скорость.

Сердце в моей груди разгонялось до скорости движения поршней в цилиндрах. Я увидела перекошенные лица людей Гудзевича.

Вместе с цепенящим страхом, меня обуяла ярость и восторг.

По бронированному фургону застучали автоматные пули. Лерка вскрикнула, и наполовину сползла с сидения.

Я и не подумала последовать её примеру — бронированное стекло Спринтера выдержало попадание целой очереди пуль.

На максимальной скорости фургон отбил, отгрыз и оторвал распахнутые дверцы двух внедорожников. Я проехала мимо них, помня о наставлениях дяди, заложила широкий, но быстрый поворот и ринулась к ближайшему зданию, используя его, как укрытие.

Выстрелы по нам прекратились.

Лерка, взлохмаченная и перепуганная, вылезла обратно и с диким видом посмотрела на меня.

— Роджеровна… — выдохнула она. — Ты в-вот, вроде бы, н-нормальная, просто принцесса… но, ин-ногда… в-в-ведешь с-себя… как еб…

Фургон подскочил на яме, и я услышала, как у Лерке клацнули зубы.

— Не трудись договаривать, — вздохнула я, — я поняла.

Логинова лишь ошарашенно покачала головой.

Ощущая адреналиновую лихорадку в крови, я вырулила на дорогу и встроилась в общее движение.

Лерка, шумно выдыхая, всё ещё приходила в себя.

Я бросила на неё обеспокоенный взгляд и виновато проговорила:

— Прости…

Но Логинова лишь махнула рукой.

— Забей… Просто давай доедем до пункта назначения…

— Не надо было произносить эти слова.

— Какие?

— «Пункт назначения».

Лерка мгновенно побледнела.

— Фак! — выдавила она. — Так, Роджеровна! Любые грузовики и с брёвнами…

— Объезжаем… — кивнула я.

— Издалека и по краешку! — договорила Лерка, выразительно качая головой.

Я молча кивнула. Я пыталась сосредоточится на дороге и не думать о дядя Сигизмунде.

Происходящее повергало меня в дикое потрясение. Я не могла до конца осознать, что вот это вот всё творится на самом деле.