Книга Неоновые росчерки, страница 291 – Юлия Поспешная

Аспирин понимающе молчал.

— Сеня полагал, что среди сотрудников или водителей может быть свидетель произошедшего, — продолжил Стас. — Он нарочно спровоцировал среди них панику и не безрезультатно.

— Я в курсе, — ухмыльнулся Антон Спиридонович. — Руководство компании уже пожаловалось, что сразу два десятка водителей изъявили желание пойти в отпуск.

— Обыск полиции невиновных людей не испугает, — резонно возразил Стас. — И Сеня, путем установления наблюдения, отловил одного такого субъекта, который тоже намерился свалить в отпуск. Правда, забыл предупредить об этом начальство, зато успел заказать себе билет в онлайн-букинге.

— Арцеулов его взял?

— Конечно, — чуть ухмыльнулся Стас.

Сеня, когда железно целеустремлен от него даже гениальные друзья Оушена, существуй они в реальности, не уйдут.

— Сеня сообщил, что некто Ахмар Картамазов, как оказалось, промышлял контрабандой техники из Китая.

— Я так понимаю, он этим занимался не один, — вставил замечание Аспирин.

— Разумеется, — кивнул Стас. — Интерес Сени привлек тот факт, что именно на грузовике, который едва не задавил Колю, ездят двое его подельников.

Аспирин изменился в лице, и Стас был к этому готов.

— Стас, но это значит, что Ахмар знает имена и личности Масок! Если конечно именно они стоят за покушением на Колю.

— А этого мы доподлинно не знаем, — невесело усмехнулся Стас. — Плюс, выяснилась кое-какая проблема: Ахмар болеет прозопагнозией.

— Это, что ещё за дрянь?

— Нарушение в нижне-затылочной части мозга, при которой практически полностью потеряна способность запоминать лица.

Аспирин сотряс воздух чередой грязных ругательств.

— Они это знали, потому и не опасались с ним контачить!

— Безусловно, — согласился Стас. — Другое дело, что Ахмар должен помнить их имена с фамилиями.

— И в чем проблема.

— Да всё просто, он напрямую отказывается называть их.

— Не понял? — нахмуриился генерал Савельев. — Сеня разучился допросы проводить?

— Сеня не разучился, — признал Стас, — а вот у Ахмара, за всю его пятидесятилетнюю жизнь, восемь ходок на зону. У него всё тело в наколках и ему, прямо скажу, на**ть на то, чем мы можем ему угрожать. Человек переживший Кресты, Матросскую тишину, Магадан и Владимирский централ, уверяю вас, ментов боятся не станет. А вот если он своих заложит, его всё равно посадят и на зоне ему свои же урки такое устроят… Он это отлично знает и на сотрудничество с нами не пойдёт. Да и Масок он явно боится больше, чем полицию.

Стас развёл руками.

— Какими бы страшными мы не пытались казаться преступникам, они отлично знают, что пытать мы их не будем. А если некоторые полицейские и решаться, что вряд ли, то в тюрьме срок мотать, простите, шестерой опущенной всяко хуже.

— Мать его, как таких только на работу берут! — с досадой покачал головой генерал.

— Он обычный фасовщик и грузчик. Зарплата такая, что не каждый трудовой иммигрант согласится, вот и берут всех желающих.

— Понятно, — прокашлялся генерал. — Хоть какая-то польза от этого Ахмара есть?

— А как же. Показал Сени место, где они тайный склад для своей контрабанды оборудовали. Ну, точнее, это что-то вроде перевалочного пункта. Сеня сказал, что там есть примитивные удобства для жизни и это место вполне может подходить для временного убежища, когда необходимо затаится.