Книга Неоновые росчерки, страница 349 – Юлия Поспешная

— Да, — уронила я.

— Где ты сейчас?

— На МКАДе, недалеко от Лесопарковой.

— Насколько я знаю из новостей, там сейчас гигантские заторы, — нарочито будничным тоном, проговорил Стас, — говорят, синоптики не могут объяснить внезапные снежные бури, сугробы и заносы.

— Они и не смогут, — с намеком ответила я, не вдаваясь с подробности.

Любой разговор, совершенный в сети того или иного оператора, могут прослушать третьи лица. И, учитывая стремительно расползающиеся о нас со Стасом слухи, такая возможно более, чем вероятна.

— Понятно, — протянул Корнилов. — Значит вы там в пробке? Есть намеки на разрешение ситуации?

— В ближайшее время — вряд ли, — вздохнула я, глядя на тесные автомобильные колоны и непрекрающийся снегопад.

— Досадно, — ответил Стас. — Вот что, пока вам с Лерой ничего не угрожает действуйте по ситуации. Потом… я постараюсь договориться, чтобы вас забрали на спец транспорте.

— На вертолёте, что ли? — улыбнулась я.

— Ника, ты мне понадобишься в самое ближайшее время, — проговорил Корнилов. — Поэтому, если придется, то — да, я потребуют полицейский вертолёт. Если, конечно, погода не станет хуже…

— Не станет! — зачем-то взволнованно воскликнула я, и тут же зажмурилась, мысленно ругая себя за глупость.

— Хорошо, — спокойно ответил Корнилов. — Пожалуйста, не делай больше никаких резких движений, жди, когда я тебя наберу или звони в случае чего. Предупреди меня, если что-то изменится. Я должен знать, где ты и что с тобой происходит.

— Хорошо… — виновато ответила я. — А чем ты будешь занят?

— Тем же чем и всегда, — слегка прохладно ответил Корнилов. — По телефону не могу объяснить. Встретимся и я всё расскажу… Вы там не замерзнете? С едой у вас всё в порядке?

— Всё нормально, — заверила я Стаса. — Не замёрзнем точно, с продуктами…

Лерка помахала мне найденными в салоне Майбаха пачкой чипсов и парочкой шоколадных батончиков.

— …Тоже всё в порядке, — ответила я Стасу.

— Тогда, до связи и будь осторожна в принятии решений.

— Буду, — пообещала я, чувствуя себя пристыженной.

Стас прервал связь, а я убрала телефон обратно в рюкзак и обреченно вздохнула.

— Может мне выйти и как-то попробовать… вернуть всё, как было? — вслух подумала я.

— Неплохая идея, — уже хрустя чипсами, ответила Лерка. — Смотри только, чтобы не получилось ещё хуже…

— Что может быть ещё хуже? — удивилась я. — Ещё более низкие морозы? Другие снежные бури? И…

— Хрен с ними, с морозами. Главное, чтобы вслед за всем выше перечисленным у нас тут белые ходоки не полезли, — с хрустом откусывая кусок от большой чипсины, ответила Лерка.

Я только цокнула языком и отмахнулась от неё. Логинова засмеялась.

Лерка… Ничего её не берёт!

— Я попробую… — не вдаваясь в подробности, неуверенно проговорила я и открыла автомобильную дверцу.

Морозный, наполненные зимней сущностью, воздух обнял меня, распутал, раскидал отдельные пряди волос и небрежно бросил в лицо мелкую горсть крохотных снежинок.

Движение фактически остановилось и многие водители, встав за открытыми дверцами пытались что-то высмотреть вдали.

Некоторые и вовсе прогуливались между автомобильных рядов, что обсуждали и курили.

Я неторопливо прошла вперёд, ощущая и слыша громкий шепот холодного ветра, что играл моими волосами и кружил вокруг меня. В его свистящих завываниях я как будто могла слышать едва различимые слова. Они походили на песню, шепчущую песнь свободы, дикого восторга и благодарности. Снежный ветер пел мне о своей благодарности, за то, что я выпустила его и освободила зимнюю стихию.