Книга Монохромный человек, страница 330 – Юлия Поспешная

Да и Домбровского, который домашних животных не слишком жаловал, увиденное проняло и ужаснуло, так же, как и Стаса.

-Другие видео есть?-спросил Стас, втайне надеясь на обратное.

Другие видео были. И много. Десятки.

Мать, под гипнозом, в дикой ярости задушившая трехгодовалого сына.

Отец, зарезавший дочь тем самым ножом, которым Павел умертвил своего рыженького сеттера Микки.

Сын, забивший ногами пожилую мать. Дочка, застрелившая обоих родителей из пистолета с глушителем, и выпустившая ещё по нескольку пуль в уже мертвые тела.

Парни близнецы, что убили друг друга в яростной, остервенелой драке.

Этим видео не было конца.

Как оказалось, убийства и прочие ужасы, которые творили пациенты Шамова под гипнозом, были лишь заключительной частью.

Каждому из устрашающих деяний предшествовали несколько сеансов.

Шамов начинал с малого.

Например, заставлял разбить любимую чашку. Разорвать и сломать цветы. Сжечь фотографии. Разбить свой же дорогущий телефон. Раздавить ногами насекомых. Задушить в руках пойманную птицу. Бросить в камин визжащую мышь.

Некоторым он предлагал ударить себя в живот или в лицо. И пациенты били. Били с радостью, с ожесточением, с…

Господи, они были преисполнены самого настоящего, злого, безумного… счастья.

Спустя час, два таких видео посмотрел генерал Савельев.

Аспирин не стал досматривать видео, где мужчина, отец троих детей, любящий муж и отец, буквально примерный семьянин, кулаками забил какую-то бездомную девчонку, которую привел в кабинет Шамов.

Девчонке было не больше десяти-одиннадцати лет. Казалось, её мольбы и крики до сих пор, эхом звучали в кабинете.

Аспирин, как и Стас со своими операми не сразу пришел в себя.

Нажав на паузу, он снял очки и несколько секунд смотрел куда-то, в одну точку.

Стас терпеливо ждал.

-Что это значит, Стас?-спросил он.-Почему эти люди совершают то, что… совершить никак не должны были? Как ему удается это?!

-Как удается, я не знаю, товарищ генерал.-вздохнул Стас.-А вот почему они это делают… Шамов, очевидно нашел какой-то способ постепенно пробуждать в человеке его самые худшие качества, самые низменные чувства… И не просто пробуждать, он, на протяжении нескольких сеансов создавал условия при которых темная сущность его пациентов стремительно гипертрофировала, росла, утраивалась и даже удесятерилась.

Корнилов хмыкнул. Грустно, бессильно покачал головой.

-Но, я не знаю… Я никогда подобного не видел, товарищ генерал. Это… Это за гранью человеческих возможностей! Во всяком случае было.

Аспирин протяжно вздохнул и так же тяжело выдохнул.

-Стас…-проговорил он.-Если это все правда… Мы должны найти Шамова в самые короткие сроки.

-Я понимаю, товарищ генерал, но…

-И мы должны задействовать все возможные ресурсы.-перебил его Антон Спиридонович.

Стас изучающе взглянул на начальника.

-Да, Стас.-кивнул генерал и еще раз, с выразительным ударением повторил.-все ресурсы. Все, без исключения. Ты понимаешь.

Последнее было не вопросом.

-Понимаю.-неприязненно и холодно ответил Стас.-Но, я не могу использовать её постоянно!..

-Можешь.-отрезал генерал.-И используешь.

-Товарищ, генерал.-процедил Стас агрессивно.-Вы понимаете, что Ника может просто… лишится рассудка, сойти с ума, свихнутся?! Вы понимаете, что есть вещи, которые она не может переживать и терпеть постоянно, все время? Это… Это истощает её! Да, она храбрится и хорохорится, потому, что… потому, что она ребенок! Ребенок! Понимаете?!