Книга Обнаженные розы, страница 249 – Юлия Поспешная

-Почему?

Анжела Антоновна вдруг всплакнула. Затем встала из-за стола.

Подошла к шкафу с папками и документами. Достала одну из папок и со вздохом протянула Стасу.

-Вот.

Стас взял у неё папку. Я в соседнем кресле чуть приподнялась и наклонилась вперёд, жаждая увидеть содержимое папки.

Когда Стас её открыл внутри лежали письма и лепестки. Засохшие, потемневшие лепестки роз.

-Я получала розы и письма, после каждого убийства.-проговорила Анжела Антоновна не скрывая слёз.-И никто не хотел быть на моём месте. А потом я вообще поняла, что если... если я уйду... Он убьёт меня...

Стас вздохнул.

-Считаете, что это всё мог сделать мальчик-подросток...

-Это не обычный мальчик!-с внезапной яростью прошептала директриса.-Это чудовище! Один из детей, как-то, драчливый такой и буйный парнишка, отобрал у Демида розы и растоптал их... Знаете, что с ним случилось? Кто-то ночью выколол ему глаза и засунул туда бутоны роз. Как вам? Какой ребенок на такое способен?

-Я так понимаю,-Стас закрыл папку и положил на директорский стол.-Прямых доказательств причастности Демида к этим убийства у вас не было?

-Нет.-Анжела Антоновна снова опустилась в своё кресло.-Только личные убеждения.

-Дети, которые исчезали...-Стас на мгновение задумался.-Они получали розы?

Директриса вновь шевельнула своими странными, красноречивыми бровями.

-Так вы думаете, что наш Демид-это, ваш Романтик?

Её пренебрежительный, и даже насмешливый тон заставил меня задуматься и насторожится.

Стас тоже, по-видимому пребывал в легком замешательстве.

-Согласитесь, что сходство в убийствах есть.-произнёс Стас, пристально глядя на директрису.

-Соглашусь.-кивнула та.-Тем более, что...

Она с дрожью вздохнула.

-Все пропавшие дети, по слухам сперва действительно получили розу...

Стас выразительно вскинул брови.

-Но, я вас разочарую, господин капитан Уголовного розыска. Демид Хазин не может быть Романтиком.

-Почему?-тихо спросил Стас.

Анжела Антоновна посмотрела на Стаса, внезапно одарила взглядом и меня.

А затем, снова взглянув на Корнилова, с внезапным безразличием произнесла:

-Потому, что Демид Хазин умер.

Мне показалось, что моим сердцем словно выстрелили из рогатки.

Сердцебиение участилось интенсивными скачками.

По коже сошел сухой жар и жгучий холод.

Я втянула в себя воздух, застыла и перевела обескураженный взгляд на Стаса.

Тот смотрел на директрису. Пристально и выжидающе. Словно надеялся, что Анжела Антоновна сейчас засмеется и воскликнет, что это была шутка.

-Откуда у вас информация?-спросил Стас.

Вместо ответа Анжела Антоновна открыла ящик стола. Примерно пол минуты она что-то сосредоточенно искала среди бумаг, а затем положила на стол газету.

-Прошу.-проговорила она суховато.

Стас привстал из кресла, дотянулся до газеты и сел обратно.

Развернул, начала читать. Затем перевернул. Я следила за его лицом. Анжела Антоновна смотрела в сторону, в окно.

Стас закончил читать, и встав с кресла подошел ко мне, дал мне газету.

Я взяла её, и раскрыв, начала читать.

«Убит Михаил Трегубов! Кто виноват в смерти «Русского носорога»?

Вчера, примерно в три часа ночи по московскому времени, в собственном доме был зарезан молодой боксёр, обладатель многих наград и чемпионского пояса WBC, Михаил Трегубов! В это трудно поверить, но ещё два дня назад одержавший блистательную победу над своим французским противником, Михаил скончался от смертельной раны в живот.