Книга Неверные. Долгий путь к любви, страница 64 – Татьяна Никольская

Она поворачивается ко мне, всё ещё не отпуская руку. В свете фонаря её лицо кажется уставшим, но спокойным.

— Завтра, — кивает она. И в этом слове — обещание продолжения. Продолжения вот этого — тишины, понимания, тяжёлой правды, которую мы только что выложили друг другу.

Она не ждёт поцелуя. И я не наклоняюсь. Поцелуй сейчас был бы… лишним. Неуместным. Как аплодисменты в середине тихой, важной симфонии. Мы уже перешли ту грань, где нужно торопиться.

Она медленно, будто нехотя, вынимает руку из моей. Пальцы скользят по моей ладони, оставляя призрачное, жгучее ощущение.

— Доброй ночи, Валерий.

— Спокойной ночи, Людмила.

Она садится в машину, заводит двигатель. Я отступаю на шаг. Она смотрит на меня в окно, ещё раз кивает, и плавно отъезжает. Я стою и смотрю вслед задним фонарям, пока они не растворяются в потоке огней.

Только тогда я разжимаю ладонь. В ней всё ещё живёт память о её руке. Не о страсти, не о желании, которое клокотало в переговорке, а о спокойной близости. О доверии.

Возвращаюсь в свою квартиру. Тишина сегодня наполнена тем, как она слушала. Как она сказала: «Вы много берёте на себя». И как ответила на моё предупреждение о минах: «Я не боюсь сложностей. Я боюсь лжи».

Она не испугалась. Она приняла. Не моё прошлое — его она, кажется, тут же разобрала на составляющие и вынесла свой вердикт. А меня со всем этим грузом.

Я снимаю пиджак, бросаю его на спинку кресла. Иду к бару, наливаю виски. Держу тяжелый стакан в руках, смотрю на тёмно-янтарную жидкость.

На краю стола лежит папка — отчёт службы безопасности. Я забыл о нём, уходя. Теперь он тут, как напоминание из другой, параллельной вселенной.

Я открываю. Сухой, безэмоциональный текст. Квартира в Марьино. Компания. Следы синтетических стимуляторов. Долги по ставкам. Депрессивное состояние субъекта. Рекомендация: изоляция, детокс, наблюдение.

Субъект. Мой сын.

Раньше такие отчёты вызывали ворох чувств: ярость, бессилие, острый приступ вины, желание всё бросить и ехать — вытаскивать, спасать, кричать. Сегодня — только глубокая усталость. И холодное осознание: я не могу его спасти. Не потому что не хочу. Потому что он не хочет. И все мои попытки лишь подпитывают эту бесконечную драму, в центре которой — он, Ирина, и я в роли вечного банкомата и козла отпущения.

Я беру телефон. Набираю номер начальника своей службы.

— Прочитал, — говорю я, когда он снимает трубку. — Найдите хорошего клинического психолога. Специализацию — зависимость, депрессия, созависимые отношения. И реабилитолога. Составьте программу. Полную. От детокса до последующей адаптации. Самую лучшую, какую можно найти. Предложите Сергею. От меня. Без условий, без уговоров. Просто предложите. Готов оплатить всё. Но участвовать в уговорах, истериках и разборках не буду. Вы — посредник. Всё через вас.

На той стороне тишина, потом:

— Понял, Валерий Александрович. А если он откажется?

— Тогда вы предоставите ему контакты и отчёт о затратах на поиск. И закроете вопрос. Я даю ему шанс. Выбор за ним.

Я кладу трубку. Впервые я провожу чёткую, жёсткую границу. Помощь — да. Ресурсы — да. Но моё личное время, мои нервы, моё только что обретённое душевное равновесие — нет. Я не полезу в этот цирк. Потому что там меня разорвут на части. И не останется ничего — ни для бизнеса, ни для себя. Ни для неё.