Книга Ангел с разбитыми крыльями, страница 108 – Янина Логвин

— Сможешь перевязать — будешь жить. Если нет — сдохнешь!

Я помню, что стоял весенний день апреля. В южном Неаполе цвели сады, светило солнце и щебетали птицы. Всего в нескольких метрах за стенами дома природа буйствовала жизнью. Но в моем мире изнанки сгустились сумерки и всё обледенело.

От страха и шока у меня тряслась каждая жилка в теле и стучали зубы. Мне хотелось исчезнуть. Пожалуйста! Разлететься на молекулы, пока он не подошел!

Я лежала с закрытыми глазами, но слышала каждое движение своего монстра. Его приближающиеся шаги, словно шелест грубой змеиной кожи.

— Поднимайся, Ева…

Я не смогла пошевелиться, и тогда новый выстрел обжег огнем бедро.

— Поднимайся!

Тело не слушалось, но страх заставил подчиниться.

Лоренцо стоял и смотрел на меня, в одной руке сжимая пистолет, а в другой — бутылку с бренди, которую взял из разбитого бара. Он открыл ее и сделал несколько длинных глотков, пока я пыталась прикрыть грудь руками и сжать дрожащие губы.

— Иди! — Лоренцо кивнул в сторону гостиной, где на полу стонал и корчился Гвидо.

Под ногами лежало разбитое стекло, я была босиком, но Лоренцо собирался меня убить, а не жалеть, и я пошла, оступаясь на осколках и оставляя кровавые следы.

— Ложись на стол и задирай задницу, Евка. Выше, как я люблю! — скомандовал. — Надо закончить то, что не закончил мой брат. Ты ведь меня ждала … любимая? — Он заорал, бросая в стену над моей головой уже полупустую бутылку: — Или, мать твою, его?!

Это было невыносимо. Я обернулась и взмолилась:

— Нет…. Лоренцо…. пожалуйста!

— Да. Считай это своим адовым крещением, золотая, — прошипел сквозь зубы. — Не захотела рая, будет тебе ад!

— Святая дева, прошу защиты у твоего ангела….

— Не поможет! Даже падшие ангелы не снисходят к таким грешницам, как ты! Им подавай чистых девственниц. А ты у меня — грязная шлюха! Задирай, или убью!

Фальконе никогда меня не жалел, не пощадил и тогда. Второй выстрел разорвал кожу на бедре, но на этот раз я даже не вздрогнула.

Он изнасиловал меня на глазах у своего брата, долго гладя волосы, то наматывая их на кулак, то отпуская, распоров осколками, лежащими на столе, мое тело до ребер. Методично вонзая их в бедра и живот.

Один из его телохранителей вошел в дом следом за ним, но остался стоять у порога гостиной, не мешая Лоренцо расправляться с Гвидо, а затем со мной. Не вмешиваясь, он жадно наблюдал за тем чудовищем, которому служил. И поплатился.

Теряя сознание, я услышала новые выстрелы, но всё, о чём могла думать — это молиться о том, чтобы не проснуться.

***

Я очнулась в больнице. В отдельной палате травматологического отделения южного госпиталя, замотанная в бинты и подобие смирительной рубашки, спеленавшей мои руки.

Оказывается, я царапалась и кричала, и мне понадобилась помощь. Оказывается, у меня посттравматический невроз. Не удивительно, ведь я пережила дорожную аварию. Разбила машину о бетонное ограждение и вылетела через лобовой стекло, так объяснил врач.

— Неужели вы ничего не помните?

— Нет, ничего.

Ложь. Я помнила всё. Но Лоренцо знал, что не посмею рассказать правду, и я снова молчала.

Гораздо хуже лжи было другое — оплаченное им лечение, дорогие обеды и фрукты из ресторана; свежие цветы в вазе. Даже практически убив, он всё равно меня не отпускал.